ПАСТЫРСКАЯ ПОМОЩЬ ДУШЕВНОБОЛЬНОМУ

Духовник, предполагающий или знающий о наличии душев­ного недуга у своего пасомого, призван помочь больному правильно отнестись к психической болезни, осознать ее и актив­но ей противостоять, призывая его в необходимых случаях обращаться за помощью к врачу. Знание биологических законов развития психического заболевания поможет духовнику осмыс­лить и истолковать состояние исповедника не только духовно-мистически, но и в совокупном личностном многообразии, учи­тывая сложную систему взаимоотношений телесной, психической и духовной сфер бытия.

Верующий человек, живущий здоровой духовной жизнью, постоянно контролирует себя, состояние своего сердца, слышит голос совести; по мере своего духовного роста осознает свои грехи, может тяжело переживать раскаяние, «плачется о грехах», но в молитве, таинстве Покаяния, в Причащении Святых Таин находит облегчение, освобождение, радость и надежду. Ибо печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, ведет к духовному выздоровлению, а печаль мирская производит смерть (2 Кор. 7, 10). «Печаль мирская» на языке психиатрии называется «депрессией»; она не проходит от молитвы и покаяния, может привести человека в состояние отчаяния, вызвать мысль о само­убийстве.

Духовник должен уметь показать пришедшему к нему бо­лезненный характер депрессии, будь то результат чрезмерной скорби из-за потери близкого человека, обнаружения тяжелой соматической болезни или следствие нарушения мозговой дея­тельности (то есть не от греха, а «от естества»). В таких случаях необходимо кроме лекарственной терапии постоянно и терпеливо внушать верующему больному надежду на исце­ление.

При противоположных состояниях (возбуждение, сутяжничест­во, необоснованная ревность, переоценка своих сил, горделивые бредовые мысли о своем таланте, претензия на учительство и даже провозглашение личной «миссии») также необходимо поста­раться привести больного к осознанию своей болезни, к крити­ческой оценке своего состояния. Та же помощь требуется при галлюцинациях, бредовых идеях, воздействии непреодолимых на­вязчивых состояний, не регулируемых волей «хульных помыс­лов», «приказывающих» голосах. Духовник должен знать, что эти идеи и состояния не всегда являются результатом воздействия злого духа, бесоодержимости, «порчи», а могут происходить от болезненного состояния центральной нервной системы. Во всех этих случаях нужны особая трезвость оценки, правильный духов­ный диагноз и умение отличить здоровые духовные явления от болезненных. Опыт православных подвижников помогает отли­чить мистические переживания от болезненного состояния, кото­рое при некритическом к нему отношении неизменно приводит верующего к духовному «прельщению».



Для молодого священника, как и для любого человека, не знакомого с проблемами психологии и психиатрии, существует опасность поверхностного, упрощенно-оптимистического подхода к человеческой личности. Многовековый пастырский опыт преду­преждает обманчивые оценки человеческой природы, призывая и уча видеть те состояния человека, которые коренятся в сокро­венных тайниках его души, в подсознании, в унаследованных и приобретенных противоречиях человеческого существа.

От пастыря не требуется постановки диагноза психического заболевания, но некоторые познания в этой области помогут при общении с пасомыми лучше разобраться в их переживаниях и в определении степени их душевного неблагополучия.

Сталкиваясь с проявлением конкретных и явных психических расстройств, можно тем не менее говорить о надежде на духов­ное выздоровление, если заболевание не мешает сохранить основ­ные признаки духа в человеке, которые перечисляет епископ Феофан Затворник: жажда Бога, поиск и стремление к Нему; благоговение и страх Божий; совесть, приводящая человека к покаянию. Об этом всегда должен помнить пастырь, определяя направление своей деятельности при окормлении больных психическими заболеваниями.

У верующего человека болезнь вызывает необходимость само­проверки, выяснения духовного смысла посланного испытания. Болея, человек имеет возможность сосредоточенно подумать, призвав на помощь близких и духовного отца, проверить свою жизнь, вспомнить ошибки и падения, которые могли послужить духовной причиной болезни. Исправляя через покаяние послед­ствия прегрешений, верующий, таким образом, использует время болезни для духовно-нравственного очищения и усовершенство­вания.



Смиренное приятие болезни, терпеливое несение страданий, надежда на помощь не только врачей, а в первую очередь Того, Кто силен врачевать все болезни, характерны для истинно верую­щего христианина. Именно такое отношение к болезни открывает возможность духовного возрастания, смягчает труднопереноси­мые страдания, является источником утешения, самопознания и духовного подъема в несчастье.

Неоднократно высказывалось предположение, что существуют какие-то скрытые отношения между болезнью и самыми глубо­кими человеческими возможностями: мудростью, творческими и интеллектуальными возможностями. Вопрос о соотношении рели­гиозных переживаний и болезни стоит в ряду этих проблем. Можно выделить три стороны этого вопроса: 1) Религиозные переживания человека как проявление болезни, когда больной воспринимает эти проявления как «откровение». В психиатри­ческой терминологии это называется «ложная мистика», а в тер­минах православной аскетики — «прелесть», «прельщение». 2) Ре­лигиозные переживания как «здоровая мистика» больного человека, их роль в борьбе с болезнью как компенсато¢рных функций души, помогающих сохранить духовное здоровье. 3) Религиозные переживания, связанные с болезнью, как источник религиозного опыта.

Сделаем небольшой экскурс в область, которая по праву принадлежит психиатрии, не для того, конечно, чтобы переложить на пастыря-духовника обязанности психиатра, но в надежде пред­отвратить в ответственном деле душепопечения поверхностные выводы и скороспелые решения, основанные лишь на буквально понятых признаниях и жалобах исповедающегося. Рассмотрим на примерах наиболее характерные и распростаненные формы прояв­ления душевного недуга и влияние, которое они могут оказывать в сфере духовной жизни человека. Параллельно рассмотрим воз­можные линии поведения духовника в подобных случаях и типич­ные ошибки, которых следует избегать. Начнем наш экскурс с рассмотрения патологического воздействия, которое оказы­вают на религиозную жизнь основные виды аффективных пси­хозов.

Типичные, неосложненные аффективные психозы чаще раз­виваются у лиц с мягким характером, общительных, эмоционально теплых, с гармоничной душевной сферой. Такие люди часто бывают склонны к пониженному настроению, чувству собственной малоценности; в духовной сфере они склонны к повышенному чувству греховности, обладают «скрупулезной» совестью. Они склонны к слезам, постоянно печалятся о своих ошибках, сомневаются в возможности прощения; редко испы­тывают истинное облегчение и радость после исповеди.

Другой характерный тип больных, страдающих психозами, — это «гипертимики»; они оптимисты, самоуверенные, деятельные, но при этом поверхностные и легкомысленные люди. Чувство покаяния и плача о грехах им не дано от природы. Если первых надо призывать к радости прощения, то вторым надо прививать чувство «угрызений совести», самоконтроля, ощуще­ние греха и стремление к покаянию.

Третьи из предрасположенных к аффективным психозам пере­живают постоянную смену периодов депрессии, экзальтации и ровного настроения.

Тема 16.

Главная Страница