Этих гадов ты тоже можешь понять? Можешь общаться с ними? Нет. Немыслимо». 12 часть

Из левой подмышки Харуюки вырвался пронзительный металлический визг, по нервам прошла обжигающая боль.

– Уу… ааааа!

Крича, Харуюки попытался отскочить. Но тело его не слушалось. Благодаря весу Сильвер Кроу пила быстро въедалась в его левую руку у самого основания.

Несколько секунд спустя под россыпь искр рука отвалилась целиком. Полоса хит-пойнтов окрасилась красным и упала до 10%.

Лишившись обеих рук, Харуюки свалился на сиденье шаттла, как сломанная кукла. И в него вновь полетели слова пополам с издевательским смехом.

– Ку-ку… Посожалей, что ты, раз уж все равно металлик, не заполучил какой-нибудь устойчивый к коррозии цвет – золото, платину, хотя бы нержавеющую сталь.

Джигсо выпустил вторую пилу, на этот раз из левой руки. Перекрестил две пилы, зацепил их за шею Харуюки и поднял его.

Голова распятого Харуюки бессильно задралась, взгляд упал на последнюю уцелевшую зрительскую трибуну.

Среди сотен зрителей по-прежнему царили смятение и непонимание. Но помимо этого чувствовалось еще и разочарование в адрес Сильвер Кроу, который, несмотря на храбрую погоню, так и не нанес ни одного удара и теперь бессильно подвешен на пилах. В ушах Харуюки раздавалось бесчисленное «Ну и зачем он туда полез?» и «Вот и все, чего он добился, а мы-то надеялись…».

Вы можете и не говорить все это; сильнее всех разочарован я сам.

Так мысленно шептал Харуюки, ожидая, когда пилы разорвут ему горло.

Я был наивен. Я ничего не знал. Я даже не думал, что инкарнация, рожденная ненавистью, может обладать такой страшной силой…

И тут кто-то произнес в его голове.

«Это же естественно. Ты что, серьезно верил, что "надежда" может превзойти "злобу" по атакующей мощи?»

Закрыв глаза, Харуюки ответил:

Я просто не знал ни о чем таком. Я ведь не могу пользоваться подобной силой.

И снова непонятный кто-то ему возразил:

«Это ложь. И ты это знаешь. Эта сила давно уже спит в тебе. Сила даже более чистая, чем "ненависть". Злость, которая не расплескалась во внешний мир, а накапливается внутри тебя, становится все острее.

Это "гнев". Сила "гнева" существует в тебе уже очень долго, все это время она ждет, когда ты ее высвободишь».

Дерг.

Внезапно в середине спины вспыхнула ледяная боль. Дерг, дерг. Она пульсировала, как сердце, и холодной жидкостью, ртутью растекалась по всему телу.

«Ну же.

Ну же!!!

Назови мое имя сейчас же!!! Высвободи меня!!! И я превращу твой гнев в силу!!!»



– Уу… аа!..

Холод, пронзающий все тело, вдруг сменился жаром, и Харуюки, будто охваченный огнем, резко раскрыл глаза.

И увидел. Ауру, окутавшую его тело, – оверрей. Однако цвет ее был не серебряным. Он был серым, почти черным – этот цвет Харуюки точно уже видел когда-то.

Происходило что-то ужасное. На миг Харуюки охватил страх, но он тут же испарился, едва Харуюки взглянул на подвесившего его Раст Джигсо.

Похоже, слова того незнакомца дошли до Харуюки в долю секунды, прошедшую между тем, как Джигсо поднял Харуюки, и тем, как заработал пилами. В шее возникло неприятное ощущение, тонкие лезвия начали вгрызаться в броню. Однако Харуюки начисто забыл страх того, что вот сейчас ему отрежут голову, и, не сводя глаз с Джигсо, прошептал:

– Не… прощу. Тебя одного… никогда не прощу.

– Ку, ку-ку. Смирись. Ты ничего уже не сможешь сделать.

– Не прощу… не прощу…

Вокруг его холодного как лед сердца обжигающим огнем бушевала ярость; Харуюки повторял одни и те же слова, как в горячечном бреду.

Раст Джигсо уже не был для него просто Раст Джигсо. Это был символ бессмысленной злобы, которая давила Харуюки на протяжении большей части четырнадцати лет его жизни.

Если бы здесь оказался хоть кто-то из его товарищей, с которыми Харуюки был связан сердцем.

Возможно, Харуюки сумел бы сейчас остановиться. Как два месяца назад во время дуэли в «Безграничном нейтральном поле».

Но Черноснежка, Фуко, Такуму и Тиюри сейчас получили тяжелые раны от инкарнационной атаки Джигсо и застряли далеко позади в обездвиженном шаттле №1. Это лишь сильнее распалило гнев Харуюки, и он не мог больше сдерживаться.

– Вас… вас, гадов…

Голосом, в котором проявилось металлическое эхо, Харуюки наконец проревел:



– Абсолютно никогда… не прощуууууу!!!

Внезапно.

Его гнев превысил некий порог.

Харуюки почувствовал, как что-то прорвалось сквозь броню на спине и, извиваясь, вытянулось в длину. Оно махнуло вперед вместо потерянных рук и переломило обе пилы, удерживающие Харуюки за шею.

– Мму… – тихо проворчал Джигсо; Харуюки тем временем подпрыгнул, разрывая дистанцию. Опустился он за пределами остановившегося шаттла и пробил поверхность башни штуковиной, торчащей из его спины. Раздался невероятный грохот, посыпались ослепительно яркие искры.

Штука эта выглядела как очень зловещий «хвост», сплетенный из множества темно-серебряных червеобразных тросов; а на конце его был острый как меч вырост.

Колыхая темно-серебряным хвостом, как змеей, Харуюки сделал глубокий вдох, прогнулся и взревел:

– Уу… оо… оооОООООООО!

Темная аура хлынула из всего его тела, арена жестоко содрогнулась. Среди зрителей наверху поднялся переполох. Но их голоса уже не достигали ушей Харуюки. Вместо них резкий приказ ударил точно в центр его мозга.

«Ну же! Назови – мое – имя!!!»

Выпрямившись во весь рост и удерживаясь на месте за счет кончика хвоста, воткнутого в вертикальную стену башни, Харуюки взял имя, вспыхнувшее у него в мозгу…

…и произнес его.

– Кром… Дизастеееер!!!

К оглавлению

Глава 10

Зрители на трибуне, Раст Джигсо и даже звезды застыли в молчании.

Посреди этого молчания ярко-черная молния ударила откуда-то прямо в Харуюки.

В верхнем левом углу поля зрения возникло фиолетовое сообщение.

«YOU EQUIPPED AN ENHANCED ARMAMENT…»

Курсор в конце строки мигнул два раза, три. Словно система BB сама боялась писать это название.

Но после четвертого мигания курсор побежал вправо и дописал:

«…"THE DISASTER"»[30].

Тьма продолжала течь.

Сумрачная, темно-серая аура выплывала из основания хвоста и окутывала все тело Харуюки. Тут же она сгустилась, засияла ярче, начисто стерла серебряный цвет Сильвер Кроу.

Потом густая чернота покрылась мягким металлическим блеском. Темно-серым, как и у хвоста. Начиная от спины по всему телу образовалось множество фрагментов брони с острыми краями. Броня покрыла торс, ноги и даже те места, где были потерянные руки; это был полный темно-серебряный доспех, не оставивший на теле ни единой щелочки.

Одновременно с этим внутри брони регенерировались руки, полоса хит-пойнтов тоже восстановилась полностью.

Наконец раздался тяжелый металлический звон, и на голову сзади надвинулся толстый шлем.

Цвет поля зрения изменился. Ко всему добавился светло-серый слой, и лишь фигура Раст Джигсо в центре выделялась ясно и отчетливо.

Харуюки медленно поднял руки и взглянул на сверкающие пальцы, напоминающие когти демона.

Они нисколько не походили на тонкие пальцы Сильвер Кроу. С легкостью верилось, что теперь это просто оружие – жуткое, мощное и неспособное что-либо держать.

Нет, не только руки. Торс, укрытый толстой броней. Ноги с четко очерченными линиями мускулов. По три громадных когтя на концах обеих ступней.

Весь аватар – просто воплощение чистой мощи.

Не в силах вытерпеть ощущение силы, пронзающее все тело, Харуюки сжал кулаки, задрал голову к небу – и заревел.

– ГУУ… РУООООООО!!!

Это был рев зверя, пропитанный металлическим эхом.

Стоящий в шаттле чуть поодаль Раст Джигсо на миг отдернулся, но тут же вернул прежнюю позу. Для него такое развитие событий тоже явно стало неожиданностью, но его голос был по-прежнему полон ледяного презрения.

– …Ку-ку-ку, интересно. «Доспех бедствия», значит. Отлично, я докажу, что… сила, которую считают высшим злом, – тоже всего лишь разукрашенная виртуальная картинка.

Для Харуюки эти слова были все равно что капля воды, упавшая в горячее пламя.

Его мысли и эмоции полностью застыли, сознание наполнили быстрые расчеты. Расчеты того, как наиболее эффективно расправиться с врагом.

Он уже не слышал голоса, который столько раз ему что-то нашептывал, он не чувствовал гнева, который тот голос в нем разжигал. И было понятно, почему. Потому что голос и гнев полностью слились с самим Харуюки, стали с ним одним целым.

Аа, понятно.

Я теперь… Кром Дизастер шестого поколения.

Прости, семпай. Прости, учитель. Простите, Таку, Тию…

Эти мысли разошлись маленькими кругами по поверхности сознания и исчезли. Осталось лишь чистое желание драться.

Первый ход сделал Раст Джигсо.

Стоя в неподвижном шаттле, он небрежно поднял правую руку и растопырил пять угловатых пальцев. Ладонь окуталась багровым сиянием.

Тут же нечто необычное отобразилось в поле зрения Харуюки.

Поверх свежедобавившегося серого слоя высыпало множество букв. Они сложились в надпись. «Прогноз атаки/Инкарнация, Дальнодействующая/Повышенная сила/Коррозирующая, Уровень угрозы/0».

– «Ржавое касание».

Сразу после произнесения названия приема из правой руки Джигсо выстрелилась здоровенная призрачная ладонь и обхватила Харуюки. Его сияющая черно-серая броня начала затуманиваться. …Но.

– ГУРУООО!!! – коротко проревел Харуюки и раскрыл руки. Призрачная ладонь оторвалась и растворилась в пространстве. Хромово-серебряная броня тоже мигом вернула изначальный влажный блеск.

Сделав шаг в сторону шаттла, Харуюки издал короткий смешок.

– Ру-ру. …Ты только что сказал, что мне следовало бы быть из нержавеющей стали.

Его голос был странно искажен и сопровождался металлическим эхом.

– …Ты кое-чего не понимаешь. Нержавеющая сталь не ржавеет, потому что в ней есть хром. Это хром не ржавеет.

Еще один смешок.

– …Твоя инкарнация на меня больше не действует.

Объявив это, будто издеваясь над Джигсо – Харуюки оттолкнулся своими мощными звериными ногами и прыгнул вперед.

Уже в полете он с шорохом развернул крылья и сильно замахал. Крылья эти даже отдаленно не напоминали изначальные металлические пластины – они теперь тоже выглядели как настоящее оружие.

Харуюки всего лишь поднял правую руку, даже особенно не сосредотачиваясь, но черный оверрей тут же буквально хлынул из нее. Он мгновенно сгустился, приняв форму катара[31], применяемого на Ближнем Востоке, и ринулся на Джигсо.

В ответ Джигсо, пытаясь атаковать на упреждение, выпустил из правой руки длинную пилу, подернутую красным оверреем. Тут же в поле зрения Харуюки вновь возникла детальная информация. «Прогноз атаки/Инкарнация, Повышенная сила/Режущая, Уровень угрозы/20». Более того, на этот раз добавилась даже расчетная траектория пилы.

– РУУУ! – коротко проревел Харуюки и прямо в полете отклонился на 50 сантиметров вправо.

Пила, обладающая большей длиной, чем катар, ударила первой. Однако ее кончик слишком добросовестно следовал предсказанной траектории. В результате Харуюки разминулся с ней всего на несколько миллиметров (что в норме было бы возможно лишь при очень большой разнице в способностях противников) и тут же вогнал черный катар в правой руке в левое плечо Джигсо.

По ушам ударил скрежет, и Джигсо снесло с шаттла. Однако он отлично контролировал свое тело: развернулся на лету и опустился ногами на поверхность башни.

Его тело наклонилось немного вниз, к Земле. Внутри шаттла была искусственная гравитация, направленная в сторону башни «Гермес Корда»; но когда игрок оказывался снаружи, поверхность башни из «пола» превращалась в вертикальный обрыв высотой в несколько тысяч километров.

Джигсо, едва приземлившись, тут же вонзил в поверхность пилу, выстреленную из правой руки, и тем самым удержался от падения.

Опустившийся перед ним Харуюки впился в сталь когтями ног и выпрямился во весь рост.

– Ру-ру-ру… Какая акробатика будет дальше?..

Лишь сейчас глаза Раст Джигсо загорелись жгучей ненавистью.

– Ты, ублюдок… -еешь. -леешь. Пожалеешь. Ты пожалеешь. Пожалеешьпожалеешьпожалеешьпожалеешь!!!

Шепот перешел в крик, и, будто управляемый ненавистью, самый густой оверрей за все время вырвался из левой руки Джигсо.

Оттуда с визгом вылетела пила. Красное сияние озарило ее бесчисленные лезвия-зубчики.

Рука описала круг с такой быстротой, что не уследишь глазом, и пила замкнулась в большое кольцо. Потом она закрутилась и со стоном вылетела куда-то вбок. Дальнобойная атака Раст Джигсо, «Хил Со». Харуюки уже натерпелся от этого приема –крутящейся пилы, обладающей невероятной режущей силой.

Более того, на этот раз пила летела не по прямой. Она исчезла из поля зрения Харуюки и, где-то там развернувшись, атаковала, как бумеранг. Этой технике невозможно противостоять, когда видишь ее впервые… по идее.

Но. Вновь в поле зрения Харуюки появилась детальная информация. «Прогноз атаки/Инкарнация, Дальнодействующая/Повышенная сила/Повышенная дальность, Уровень угрозы/40». И – прогнозируемая траектория, идущая от левой руки Джигсо, огибающая Харуюки и направляющаяся ему в спину.

Не оглядываясь, Харуюки мощно махнул хвостом.

Раздался резкий звук удара, и вращающаяся пила, отбитая Харуюки, исчезла в звездном небе.

Харуюки смутно осознавал, что представляло собой это изобилие информации, выводимой поверх серого слоя в поле зрения. Это было нечто вроде предсказания будущего, которое делалось на основе колоссального боевого опыта, накопленного телом «Доспеха бедствия», «Усиленным вооружением» под названием «Дизастер». Даже представить себе было невозможно, сколько дуэлей прошел этот доспех, рожденный на заре существования Ускоренного мира и унаследованный пятью Бёрст-линкерами. Накопленные за этот по сути бесконечный промежуток времени данные и позволяли предсказывать все вражеские атаки с пугающей точностью.

– …Что это? Объясни. Что это за сила? – прохрипел Раст Джигсо. Харуюки кинул на него взгляд сквозь толстый визор – и прошептал:

– Ты закончил? Тогда исчезни.

После чего небрежно атаковал прямо в лоб.

Это была не «дуэль», где на кону стояла честь Бёрст-линкеров, не простое «сражение»; правильнее было бы назвать это «бойней», да нет – «работой».

Неспособный пользоваться правой рукой, Джигсо пытался атаковать Харуюки пилой в левой руке и пинками обеих ног – все это при поддержке инкарнации, естественно, – но все его атаки с легкостью читались «Усиленным вооружением» и инстинктами самого Харуюки. Он совершал минимально необходимые движения крыльями и хвостом, чтобы уклоняться, и без малейших усилий насаживал врага на катары в обеих руках.

В каком-то смысле этот бой можно было бы назвать завершенной формой «Воздушного комбо», к которой Харуюки стремился. Однако здесь не было ни следа восторга, эстетики и гордости. Это была просто уродливая резня, происходящая в 3500 километров от Земли.

Сперва Харуюки отрезал левую руку Джигсо. Потом правую ногу. Потом левую ногу. И под конец – правую руку, удерживавшую аватар на поверхности башни.

В десять секунд закончив нарезать врага на куски, Харуюки схватил и подтянул к себе голову и туловище, которые недавно были Раст Джигсо, прежде чем эти останки успели упасть вниз.

Несмотря на то, что Джигсо сейчас испытывал невероятную боль, у него хватило сил на тонкий смешок.

– Ку-ку… ку. Можешь похвалить себя сейчас. Но… моя цель уже достигнута.

Хотя Харуюки слова Джигсо были не интересны, все же он склонил голову, чтобы послушать.

– Нет, в каком-то смысле даже воскрешение этого «Доспеха» для нас к лучшему. Дрожите в страхе. С этого момента мир, в который вы все верите, начнет разлагаться. Ложное чувство порядка исчезнет, все зальет первозданный хаос. Отчаяние – начнет нашу революцию, и –

ЧВАК.

Не дослушав до конца, Харуюки раздавил голову Раст Джигсо, сжав обеими руками. Аватар взорвался облаком красного света, и Бёрст-линкер, уничтоживший гонку через «Гермес Корд», мгновенно вышел из Ускоренного мира.

…Нет.

Уничтожителем в истинном значении этого слова был сам Харуюки. Ему было уже наплевать даже на гонку, которую он всего несколько минут назад так отчаянно хотел спасти.

…Недостаточно. Одного этого – мало.

Харуюки огляделся по сторонам. Конечно, поблизости никого не было. Но энергия и разрушительные позывы, бурлящие в его теле, не успокаивались; они жгли его изнутри.

Я хочу драться. Хочу этой своей силой победить и раздавить еще много, очень много врагов.

В поисках противников Харуюки задрал голову вверх – и увидел последнюю уцелевшую зрительскую трибуну.

Сотни зрителей смотрели, подавшись вперед, и у всех их были одинаково ошарашенные и непонимающие лица. Оттуда доносились тихие реплики:

– Э… это же «Доспех бедствия»?..

– Да нет, я слышал, его недавно полностью уничтожили.

– Но… что еще, кроме него, может быть таким крутым?..

– Но он совсем не такой, как в тот раз, когда я его видел в «Безграничном нейтральном поле»…

Если уж вы так сильно хотите узнать. Так убедитесь собственными телами. Убедитесь в силе, которой обладает легендарный берсерк «Кром Дизастер».

Губы Харуюки под визором изогнулись в безумной улыбке.

Он медленно развернул крылья. Изогнул длинный хвост в виде буквы S, немного подсел.

Он был готов оттолкнуться и взмыть навстречу обильной добыче – но за миг до этого.

Что-то мягко притронулось к крыльям у него за спиной.

Это были воспоминания. Воспоминания о множестве дуэлей, впитавшиеся в металлические пластины, которые были вроде как всего-навсего двигательным снаряжением. В первую очередь – воспоминание о сражении с Блэк Лотус, Черным королем, которое состоялось накануне вечером в комнате Харуюки, – оно на миг мелькнуло в крыльях цвета тьмы.

Откуда-то издалека донесся еле слышный голос.

«…Я горжусь тобой…»

Внезапно когти на его ногах конвульсивно вжались в стальные плиты башни. Его тело, готовое уже взлететь, отдернулось назад.

…Я.

В самую середку сознания, жаждущего боя, прозрачной каплей упала мысль.

Сила, которую я искал, – это не… слепая бойня…

Белая волна кольцом разошлась по сознанию. На миг кусочек черно сияющей брони задрожал.

uev.deutsch-service.ru referatrue.nugaspb.ru car.refepic.ru referatpwi.nugaspb.ru Главная Страница