Гл. 12 В ПОИСКАХ МУДРОГО РЕШЕНИЯ

После анализа или просто коллективного обсуждения состояния дел, мы приходим к всегдашнему вопросу: "Что делать?" В нашей жизни это самый постоянно действующий фактор определения человеческого поиска решения жизненно важных задач. В России этот вопрос официально и широко поднял или вернее поставил Чернышевский в своей книге "Что делать?".

После заседания географического общества, пока в Москве еще был Ким Кишунов и Владимир Князьков, мы собрались у Варвинского и пытались найти просвет в движении по пути осуществления наших планов.

- В кругосветку тебя сейчас не пустят, - заключил Игорь и это была всем нам известная истина. Слишком большого ранга наши официальные противники. Значит выход один - ходить и нарабатывать себе "капитал", чтобы потом они не смогли бы с тобой не считаться.

- Нет, Игорь, так не пойдет. Простое плавание потеряло свое значение после того, как я был в море один и тем более в штормовых условиях. Нужна какая-то целесообразность. Нужно такое плавание может быть даже экспедиция, чтобы сказали - "нам это плавание нужно".

Давайте подумаем. Вокруг Европы нас не пустят. Жигоман на юге об этом нашумел, и вы знаете реакцию официальных лиц. Дело в том, что плавание вокруг Европы, хотя и трудное, но только на одном участке - в Бискайском заливе. А так по всему маршруту - цивилизованный мир, и тех, кто пойдет, будут приглашать зайти и в Грецию, и в Италию, и во Францию и в Англию и т.д. Таким образом, это плавание в понятии многих людей "развлекательное", и его нам не дадут.

- Нужно ходить в своих водах, - предложил Тимашов, который в недавнем прошлом один, без шума и разрешений, пересек на маленькой яхточке Каспийское море. - В свои воды легче получить разрешение на выход в плавание, и все-таки будет расти стаж плавания и пройденные мили. Но чтобы это плавание имело вес, нужно идти в Северный ледовитый океан.

Ким несколько раз пытался вступить в разговор, не соглашаясь с нами.

- Нужно идти с командой и взять хорошего штурмана, тогда не будет нареканий, что мы заблудимся, и тот же ваш Васильев - адмирал, замолчит. А идти нужно в океан и, если не пустят вокруг Европы, то дойти до Канарских островов и обратно. Я готов идти за штурмана.

- Спасибо, Ким. Так или иначе, я все время на тебя рассчитываю. Но, извини, эта "пластинка уже заиграна". Всем ясно, что это плавание дало бы громадный опыт, и было бы интересным и мне и экипажу. Но, поверь мне, никакие наши усилия не пробьют заслон....



Я хотел бы с вами посоветоваться. Мы предварительно говорили с Владимиром Князьковым. Есть заманчивая идея, пойти по пути русских поморов. Это престижно, это возрождение или воспоминание о былой русской славе, это могут подхватить киношники или, во всяком случае, наше телевидение. Давай, Володя.

- Мы искали самый доступный и самый популярный с нашей точки зрения поход. Это плавание на острова Шпицберген, по пути русских поморов, которые туда ходили несколько столетий назад и открыли эти острова задолго до европейцев. Что это дает. Во-первых, это плавание в сложных метеоусловиях: холод, ветры и возможно среди плавучих льдов, так что никто из парусной спортивной элиты нам не позавидует, и не будет возражать, так как мы не будем "отнимать у них кусок хлеба с маслом". Во-вторых, мы можем пригласить молодого оператора с телевидения или Мосфильма и отснять фильм о "пути русских поморов" и русских полярных исследователях.

В третьих - на Шпицбергене есть наши поселения, так как там наши люди работают на угольных шахтах. Таким образом, мы попадаем к своим.

В четвертых - в северной части нашей страны, мы все время будем вблизи от берегов нашей Родины, и это имеет большое практическое значение, так как будет реальная и постоянная связь. Здесь легко связаться по радио с нашими любителями коротковолновиками.

И, возможно не последнее, это не длинный путь, и мы при любых погодных условиях сумеем обернуться за пару месяцев. Тогда у нас будет действительно капитал и походный, и идеологический.

- Это нужно обсудить и мне кажется это наиболее вероятно. Нас поддерживает и Географическое общество. Оно заинтересовано, так как у них будут к нам и предложения, и просьбы......



- Да, это выход, - сказал Игорь, осталось только доукомплектовать экипаж, я тоже пойду.

- В наш экипаж нужно еще двух человек - врача и кинооператора. Остальные все здесь.

Как ни странно, но все сидящие здесь не только были готовы идти в плавание, как говорится к "черту на кулички", но и имели необходимые специальности. Ким - штурман, Володя - радист, Игорь - рулевой, ну, а по воле случая я могу остаться капитаном или даже начальником экспедиции. Валера, если сможешь идти - предлагаем тебе должность рулевого - боцмана.

Я вытащил из портфеля карту и развернул северную часть Европы, включающую Норвегию и наш Кольский полуостров, Архангельск, Белое море .....Интересно смотреть на увлеченных людей, решающих любимую задачку. Вот они сидят вокруг большого стола и все устремили свои взоры на карту. Кругом тепло, тихо, а они уже в суровом море, в далекой стороне и в мечтах...

Да. И все-таки нужно вернуться на землю, в обычный деловой мир.

- У меня ко всем вам просьба. Каждый должен написать записку со своими предложениями по подготовке и обеспечению плавания. Например, Володя, ты, пожалуйста, готовь программу по радиосвязи, в которой подними все вопросы с нуля. Ким - штурманскую справку, перечень необходимых приборов, карт и штурманского имущества. А ты, Игорь поможешь мне по всем видам довольствия. Это будем делать серьезно, обоснованно, чтобы не придрались проверяющие. И теперь вопрос о формировании экипажа. Я был в областном комитете по физкультуре и спорту. Они обещают нам оказать помощь в решении организационных вопросов. Поэтому, каждый должен продумать свое участие в походе, написать заявление в МОК Физкультуры и спорта, свои автобиографические данные и представить копии документов по парусной квалификации, тем более, что они у всех нас есть

Поход будет очень трудным, но почетным, и это будет очень важным фактором в будущих сражениях. Если все всем ясно, то давайте ваши мнения и дополнения по маршруту.

- Это плавание будет иметь большое значение для воспитательной работы среди моряков. Так ведь, - начал свои соображения Валерий. - Вы служили на Северном флоте, поэтому нужно обратиться за помощью к командованию флота. Им ничего не стоит дать нам карты, штурманское оборудование, а может быть и спецовку.

- Принято. Я напишу, там были знакомые ребята, надеюсь откликнуться.

Мы проговорили до поздней ночи и, кажется, решили все, от нас зависящее.

Все ушли. Я остался у Игоря, так как меня здесь принимали как своего. Долго лежал и думал, как просто, быстро и грамотно решаются вопросы, когда они находят отклик в душе людей и зовут их в неизведанную для них даль. Здесь - все просто, а что меня ждет в канцеляриях, напичканных советскими чиновниками. О, Боже, как их много развелось и как они крепко держатся за свои мягкие кресла или обитые бархатом солидные стулья! Их не вышибешь, не пробьешь.

В эти дни я мотался по различным учреждениям и предприятиям Москвы и Московской области. Днем в Москве, а ночью в - Воскресенске. Когда были занятия в школе яхтенных капитанов, то приезжая домой в первом часу ночи, и я падал в постель, усталый после бесчисленных визитов, заседаний, учебы и поездок в транспорте. Стеснительность и скромность постепенно покидали меня. Я все время воспитывался "деловым" отношением и вниманием ко мне со стороны закоренелых чиновников, и стал действовать масштабнее и смелее. Я, как говорится, стучался в любую дверь", авось кто-нибудь откроет.

В областном комитете по Физкультуре и спорту были рассмотрены обращение Воскресенского ГК физкультуры и спорта, и мое заявление, и, наконец, принято решение оказать мне помощь. Для этого была создана большая комиссия с участием представителей географического общества, Мособлсовета ОСВОД РСФСР, навигационной инспекции, представителей газет, Спасательной службы ВМФ и еще кого-то. Вести наши дела поручили инспектору, молодой и привлекательной женщине, хорошо сохранившей себя, благодаря занятиям спортом. Высокая и стройная, с копной соломенных волос и голубыми глазами она вселяла в меня надежду, что мужская часть комиссии будет лояльно отнесится к подписанию составленных документов, планов и писем.

Комиссия была очень большая и поэтому, возникли трудности со сбором ее членов на заседание. Впоследствии мы перешли на решение части вопросов в рабочем порядке. Иногда пять-семь человек решат, а потом остальные двенадцать, если я их уговаривал, подписывали. К сожалению, у нас не было достаточных прав, так как спорткомитет СССР нас не поддерживал. Он как-то старался остаться в стороне, ссылаясь на первоначальное заключение федерации парусного спорта.

От имени МОК физкультуры и спорта я начал собирать экипаж для плавания на Шпицберген. Мы разработали форму и написали анкету, предусмотрев таким образом, что по этим данным у нас будет складываться определенное впечатление от того или иного кандидата.

- Ты член партии, - сказал мне как-то Игорь. - Тем более вступил в военное время, почему ты не обратишься в горком партии Москвы? Тебя обязательно выслушают и поймут. Не может быть, чтобы они отнеслись формально.

- Мне кажется, что вопрос плавания - это или спортивный или географический, так как здесь большая доля путешествия и престижа наших моряков. Этот вопрос должен решать спорткомитет и географическое общество. Зачем же вовлекать сюда еще и партийные органы?

- Ты не прав, потому что это плавание первое в Союзе. Во всем мире ему уделяется особое внимание. Это же испытание, самое тяжелое, жестокое испытание физических, моральных сил и психологического состояния человека. Ведь не зря умные люди говорят, что это плавание имеет в первую очередь престижное значение.

- Что же ты посоветуешь?

Мы с Игорем Варвинским обсудили этот вопрос во всех деталях, и я записался на прием к первому секретарю ГК КПСС.

Кроме материального вопроса и решения технических задач, меня очень беспокоил вопрос оформления выхода в море, то есть получение разрешения на открытие границы. Летнее плавание научило меня многому и главным образом тому, что основная масса времени, энергии, воли и физических сил тратится на преодоление пограничного шлагбаума. Как они надо мной издевались!

Нужно было идти к погранкомандованию. Не думаю, что они, злясь на меня, так бы терроризировали, не будь на то какого-то решения командования. Пусть не московского, а какого-нибудь округа. Значит нужно идти "беседовать" в КГБ СССР и доказывать то, что я хороший, что никогда не убегу заграницу, и мне только очень хочется обойти вокруг шарика. "Дайте, пожалуйста, мне возможность поплавать вокруг наших берегов, пока потренироваться". Так примерно нужно было кланяться.

Я написал письмо в КГБ СССР с просьбой принять меня по данному вопросу. Но теперь меня не приняли. Просто не ответили.

Игорь настойчиво толкал, как говорится, двумя руками, чтобы я обратился в горком партии.

- Иди в горком. Расскажи все, как есть. Возьми письма от редакций, от географического общества и, главное, жми на вопрос приоритета, на то, что в Союзе первая яхта выйдет в океан из Москвы. Это же страшно престижно. Если сразу не пустят вокруг шарика, то пусть, хоть дадут возможность высунуть нос в океан, - напутствовал меня Игорь.

Я слушал его и думал о том, как все кажется просто со стороны. Пошел, попросил, пошумел, доказал, убедил и прочее, и тебе вдруг с радостью дают добро и благодарят за то, что ты ради престижа Родины идешь в такое "рисковое" плавание.

В кабинете второго секретаря ГК КПСС сидели двое секретарь и кто-то из помощников (подсказчик).

- Слушаем вас, что вы хотели? - обратился ко мне секретарь горкома.

Есть разряд людей, которые строгостью и сухостью отношения к другим этак с высока думают, что ставят себя на недостижимую высоту. А мы, благоговея перед ними, будем безропотно слушать и уважать их. Передо мной сидел партийный чинуша, явно не проявляющий никакого интереса к моим проблемам и ожидающий, когда я уйду, оставлю его в покое.

Я изложил суть своей просьбы со всем возможным почтением. Единственно, что не мог согнуть спину. Секретарь повернулся к присутствующему помощнику, и о чем-то они начали говорить в полголоса.

У меня создалось впечатление, что он ни черта не смыслит и сейчас просто ждет совета, что мне ответить.

- Это нам не нужно, - ответил секретарь.

- Почему?

- А что это дает, какая от этого польза? - И это говорил человек, который по долгу, своего высокого положения должен был руководить идеологическим воспитанием людей.

Я начал ему говорить о славных традициях русского флота, о престиже страны, о воспитании молодежи, о страшной, буквально необъяснимой заинтересованности людей в том, чтобы такое плавание состоялось.

Мне пишут тысячи людей, десятки организаций, 18 предприятий, учреждений, общественных организаций уже выступили с предложением о шефстве над плаванием, редакция "Мысль" предложила заключить договор на издание книги, которую возможно удалось бы написать и издать.

Он прервал меня, коротко поблагодарил и сказал, что у него много людей на приеме, с более существенными вопросами. Мне не посчастливилось пожать ему руку, ни до, ни после приема ....Какое горе. (Ха, ха или ой, ой?).

Чуть не полсотни лет назад, мы шли из Кронштадта на юг Балтики. Около Ирбенского пролива разыгрался сильный шторм и расшатал конструкции нашего старенького, довоенного судна настолько, что началась течь.

- Товарищ старпом! В трюме вода, уже около 40 сантиметров. Вода на палубе носового кубрика. Помпа откачивать не успевает!

Доклад без эмоций, содержащий только факты поставил меня в затруднительное положение. В это время я нес вахту и должен был принять все меры, чтобы не допустить гибель корабля. По переговорному устройству я вызвал командира и рассказал ему о положении дел. Обследовав трюм и все помещения ниже ватерлинии, я пришел к печальному выводу: если шторм не закончится, то мы пойдем ко дну. Все просто и ясно.

Я был кадровым офицером флота, закончил училище и мог по полученным данным поступления воды и запасу плавучести определить время, которое осталось в нашем распоряжении.

- Что будем делать? - командир полностью положился на меня, так как в силу необходимостей и случайностей военных лет, он, назначенный командиром корабля, не имел военно-морского образования и никогда не изучал "теорию корабля", "борьбу за живучесть".

Рисковать людьми мы не имеем права и нужно срочно доложить оперативному дежурному флота, - предложил я.

Командир согласился, и, включив рацию, я вызвал дежурную службу флота.

- Как настроение команды? Сколько по вашим расчетам вы продержитесь на плаву.

- Настроение бодрое ...

С тех пор на всю жизнь и у меня осталась поговорка: "Настроение бодрое, идем ко дну". Но тогда, я приказал всему личному составу надеть спасательные жилеты, а сам собрал документы в резиновый пакет и опять пошел на мостик. Оценивая сложившуюся обстановку, я решил, что если не подойдет спасательное судно, то подойду поближе к берегу и, в крайнем, случае, выброшу корабль на мель. Низкий пологий берег, песчаный грунт способствовали бы спасению ...

Но в точно назначенное время подошли спасатели и ...

Обстановка была напряженной, и по состоянию нашего старенького судна, набравшего до предела воды и по состоянию моря, когда пришлось работать при сильной качке и срывающем с корабля все и вся ветре.

И вот почти через полвека я иду в аварийно-спасательную службу ВМФ за помощью, но теперь на суше, чтобы получить необходимое оснащение для обеспечения безопасности личного состава в море...

Здесь все моряки в полном смысле слова, а не украшение в мундирах. В свое время они прошли опасную и суровую морскую школу, спасая людей, попавших в беду. Всю жизнь им приходилось работать как раз в шторм, когда каждое движение, каждый шаг сопряжен с риском для жизни.

Многое я в свое время пережил сам, поэтому к ним отношусь с большим уважением и, может быть, поэтому шел просто как к старым знакомым, хотя никого не знал. За свою жизнь я встречался по различным вопросам с тысячами людей и пришел к однозначному выводу, что люди, прошедшие трудовую жизнь в сложных, экстремальных условиях, всегда просты, без лишней чопорности, и поэтому идешь к ним, как, к равным, зная, что тебя поймут.

Тепло принятый адмиралом, начальником управления, я откровенно поведал ему о своих бедах и планах и нашел с его стороны полное понимание. Он вызвал своего заместителя, и мы обсудили все вопросы по снабжению яхты аварийно-спасательным имуществом. Что они могут дать, как это оформить, без излишней волокиты. И оба обещали посетить меня в море.

Я, пожалуй, никогда не пойму деления людей на добрых, заботливых, внимательных, тактичных, с одной стороны,и людей недружелюбных, злых, завистливых, способных на подлость, предательство, обман, ложь с другой. Зачем? Самое главное, что мы не знаем, откуда берется такая дрянь, откуда сорняк в человеческом обществе? Ведь и родители, и школа, и масса общественных организаций, учреждений - все ведут воспитательную работу, стараются воспитать хорошего человека, полезного обществу. И вдруг, человек, сидящий в молодости за одной партой с нормальными людьми, идет на преступление, становится тунеядцем, и ко всему этому он пользуется благами общества в большей степени, чем нормальный рабочий, служащий. Он прокладывает себе дорогу в жизнь по головам других, подкупает, где деньгами, где обманом, подчиняя себе силой. А мы пасуем перед этой силой, наглостью и ....

- Трудно. "Трудно быть Богом..."

- С-С-Саша здравствуй! З-з-здравс-с-ствуй! У меня для т-т-ебя хорошие и -и-звестия,- сообщил мне Тимур, мой давнишний друг по службе на флоте и учебе в спецчастях. - Твоим походом интересуются психологи, так как они изучают вопрос поведения человека, длительное время находящегося в одиночестве и в замкнутом пространстве.

- Ну и пусть изучают. А мне что до этого. Знаешь, сколько я за последние годы получил всевозможных писем с разного рода предложениями? Их интересует мое поведение, но не будут, же они смотреть на мое поведение через видеокамеру?

- Обожди, выслушай. Тебе же нужна программа научной работы в плавании, вот они ее тебе и дадут, и у тебя появится возможность объяснить некоторым товарищам цель похода... Ты получишь официальное задание Академии наук СССР и разного рода Снегиревы, Григорьевы и прочие прикусят язык.

- Тимур! Ты гениален, диктуй телефон. Как его зовут? - спасибо, завтра же позвоню, - поблагодарил я своего друга.

- Обожди Ты еще не все "уловил". По тестам, которые они тебе дадут, и ты будешь передавать по радио полученные резульаты, они будут судить о твоем психическом состоянии и давать, в случае необходимости, нужные тебе рекомендации.

- Спасибо, Тимур. Все как в сказке. Ты меня обрадовал...

- Приезжай к нам, урви вечерок, а то мы все соскучились.

- Приеду, обязательно, передавай привет Лиде.

Вот так, благодаря заботе старого друга я попал к профессору Рожнову и никогда не пожалею об этом.

Что-то неуловимое, не поддающееся описанию выделяет культурных, глубоко воспитанных людей из общей массы. Я не говорю об артистах или работниках отдела культуры. С ними как раз так же трудно, как с любым закоренелым бюрократом. Я хочу сказать о небольшом, к сожалению, числе людей, которые обладают как бы сверхъестественной тактичностью и способностью создавать вокруг себя какое-то поле внимания и доброты. Несмотря на то, что в последнее время я побывал у тысячи людей от рабочего до ученого, от учителя до кадрового военного, от водителя машины до летчика-испытателя, и в каждом случае находилось какое-то приятное исключение из общей массы. Я как-то вдруг попадал в семью, где мне становилось удивительно хорошо, я чувствовал себя непринужденно, как-то кругом ощущалась доброта, ненавязчивость, внимание и терпимость... В такой семье, с таким человеком было приятно выпить стакан чая или чашку кофе и испытать более опьяняющую легкость, чем от стакана коньяка или водки. Я о подобном уже говорил, но сечас не могу не повторить это, так как, живя в суровом окружении ..., я постоянно испытываю негативное давление. А у этих «святых» я попадаю в рай.

Почему? Может быть потому, что тебя уважают, ценят твой труд, понимают твои стремления, желания? Наверное, в человеке заложено поле доброты, и этот человек, излучая его, создает окружающим состояние спокойствия, счастливого блаженства, снимает напряжение, созданное стрессом нашей жизни.

Как-то мы с другом ехали в автобусе. Было тесно, плохая дорога. Люди толкали друг друга, и я вдруг почувствовал какое-то неподдающееся описанию напряжение, как перед опасностью и буквально через несколько секунд в автобусе разразился скандал. Потом мы как-то вспомнили этот случай и пришли к заключению, что в автобусе образовалось поле ненависти, которое и привело к взрыву. Поле ненависти и поле доброты - наверное, они существуют как антиподы.

Владимир Евгеньевич сообщил мне свои координаты, и, созвонившись мы встретились. Дома было уютно, чисто и интересно. Квартира людей, проживших большую и плодотворную жизнь, вкрапливает в себя сокровища их труда и представляет определенный интерес.

Мы сидели за чашечкой кофе, и я как странствующий человек, ел маленькие вкусные пирожочки с мясом, вареньем и еще с чем-то, особенно не разбираясь в последовательности, так как я был голоден, а пирожки все были очень вкусными.

После обмена извинениями, Рожнов попросил меня рассказать о плавании и проблемах.

- Это большой материал, каким временем я располагаю?

- На ваше усмотрение. Между прочим, объем информации тоже будет вас характеризовать, - заметил Владимир Евгеньевич.

Я знал, что существуют две оценки информации: объем и количество. Их соотношение характеризует качество информации. Я коротко рассказал о своей мечте, о годах строительства, о помощи ряда предприятий и моряков, об учебе, о плавании и о борьбе разгоревшейся вокруг кругосветки, о негативной позиции спортсменов от парусной федерации и о выступлении «комсомолки». Обрисовал положение, которое сложилось в настоящее время, причем, не в мою пользу из-за сильных противников плавания.

- За краткость и точность изложения я как психолог поставил бы вам четверку. Это плюс в вашу копилку. Постарайтесь всегда докладывать возможно короче, так как сейчас людям некогда, и они быстро устают слушать. Основное внимание приходится на первые 5-10 минут. И сейчас мне бы хотелось узнать, как и откуда появилась, или зародилась идея кругосветного одиночного плавания?

- Если я скажу, что никто мне не подсказывал, то это будет не совсем правильно. Но действительно, ни один человек не пришел и прямо не сказал мне, что есть такая идея. Просто так сложились обстоятельства.

Первое, мы с другом, командиром БЧ-5 подводной лодки, обсуждали, как и кто провел летний отпуск. Все было до тошноты пресно, обычно. Просто мы, здоровые, молодые люди убивали время, поджаривали свои тела на пляжах и ходили в кино или просто шатались без дела. Тогда я предложил Станиславу Базыкину пройти во время отпуска по Днепру на яхтах. Мы начали проектировать яхты. Ну, а дальше я рассказал всю свою историю.

Окончив рассказ, я посмотрел на Владимира Евгеньевича. Он сидел, молча и, кажется, еще слушал меня или обдумывал сказанное.

- Александр Моисеевич, в мире самое интересное - это рождение идеи, открытия, изобретения. Это всегда интересная загадка и, как правило, они никогда не рождаются на голом месте. Так и у вас. У вас этому предшествовало много событий и действий. Но почему одиночное плавание, без захода? Это же кошмарно трудно?

- Этому очень простое объяснение. У меня нет валюты. А заходить куда-нибудь в другую страну, порт - нужны деньги. За стоянку в порту, за питание, за воду, за продукты и так далее - нужно платить. Поэтому я решил, как ни трудно, идти в одиночное плавание без захода, это к тому же престижно. Это как раз и поддержит, в частности, общественность, моряки, путешественники.....

- А как ваше здоровье? Такое плавание потребует колоссального напряжения сил.

- Медики говорят, что я практически здоров. От себя я могу добавить, что пять лет я тружусь по 12-15 часов, без выходных.

- А как вы думаете решить проблему одиночества? Ведь вам придется около года быть одному.

- Это, пожалуй, самый трудный вопрос, да и задача для меня. Год это очень много, но, когда я строил яхту, то уже был один. Жена сразу же заявила, что ее ноги на стапеле не будет, и это привело к тому, что ее обогрел другой, а я остался один. Сын ушел в армию. Дочь училась. После развода, жена обвинила меня во всех грехах, и дочь долгое время относилась ко мне недружелюбно. Я обращался в сотни организаций, к разным людям за помощью, но зачастую встречал насмешки. Довольно часто долгие часы я на стапеле был один ... Один, когда кругом люди.

Когда же я буду в океане, то у меня будет радиосвязь со всем миром и в любую минуту, я смогу поговорить, с кем мне захочется. Уверен, что в скором, после старта, времени, у меня найдется не один, а множество радиолюбителей, которые захотят со мной поговорить и узнать, как мои дела, как идет плавание, то есть я буду иметь душевную поддержку. Причем самую искреннею!

- Мне говорил о вашей подготовке Тимур Николаевич. Мы вам поможем Дело в том, что сейчас часто возникают вопросы, связанные с длительным пребыванием людей вдали от Родины, от общества, находящихся в ограниченном пространстве, в окружении одних и тех же людей. Они испытывают сильные нервные напряжения и не всегда выдерживают такую обстановку. Мы в настоящее время изучаем эти явления и даем свои рекомендации. Естественно, мы вам дадим определенные тесты, и по вашим ответам будем прогнозировать, и ваше состояние и что необходимо будет сделать, чтобы избежать обострения нервного, психологического состояния. Мы немного поговорили на эту тему и усдловились встретиться в ближайшем будущем.

Мне нужны были новые, крепкие и легкие мачты. Для этого нужно было узнать, из какого материала они должны быть, где их можно достать и изготовить.

"Язык до Киева доведет" - говорит старинная русская поговорка.

Ну, а меня язык привел в подмосковный городок на Оке, где делали трубы из сплава АМГ, с какими-то добавками, делающие эти трубы при меньшем весе не хуже стальных. Обивать пороги я за прошедшее десятилетие научился,и мне, в порядке исключения, благодаря письмам редакции областной газеты и из ГО АН СССР, разрешили отпустить. Лечу в Воскресенск, где на комбинате мне дают деньги на оплату, но при условии, что я достану им такие же трубы, для установки ворот на футбольном поле. Что ж, я согласен....

Когда сидишь в машине, а за спиной полный комплект труб на обе мачты, рейки и столбы на футбольные ворота, все кажется таким простым, что как будто и нечего рассказать. Но перед всем этим большой, трудовой и тернистый путь, так что если бы не было людей, в какай-то,, мере заинтересованных тебе помочь, то не знаю, как бы я всё преодолел.

Очевидно, в правилах хорошего тона написано, как нужно знакомиться, как вести себя, чтобы заинтересовать кого-то, выделиться в лучшую сторону. Да, где-то этому учат. Но вот в моей ситуации, когда я всю жизнь провел в армии и в силу секретности моей служебной деятельности, меня не раз предупреждали об осторожности в выборе знакомых. Это наложило определенный отпечаток на мой характер. В таких случаях становишься скрытным. Теперь же, когда я начал заниматься строительством яхты, я должен был приобрести навыки в знакомстве с людьми. Но это происходило в тех случаях, когда люди приходили ко мне на стапель или во время плавания - на яхту. Там было проще. Анализируя этот период, я заметил, что люди легко и быстро сходятся и знакомятся, когда у них есть общие интересы или хобби.

Например, скажи филателисту, что ты занимаешься филателией и вы уже почти друзья. Или туристы. Они сразу находят много общего и чуть ли не готовы строить общие планы. Так и у меня. Как только узнавали, что я яхтсмен, сразу находились доброжелатели, готовые меня выручить, посоветовать, оказать помощь.

Когда я добивался получения труб на мачты, вдруг нашелся и в Ступино, в тысяче километров от моря, яхтсмен, Астахов. Он с радостью согласился мне помочь и наговорил тысячу советов, как сделать лучше, быстрее. В таких случаях люди не могут умолчать о своих спортивных "плаваниях". Не могу не рассказать, так как некоторые его приключения неординарные и при всем этом, не отбили тягу к яхтингу.

Его жена угощала нас своим варевом, ругая, на чем свет стоит, наши столовые, где не кормят, а травят народ, готовя такую бурду, что только свиньям есть.

- Куда только смотрит власть? Столько кишечно-желудочных заболеваний. Ведь гораздо выгоднее кормить высококачественными продуктами, чем травить людей, а потом месяцами лечить их в больницах.

На одни бюллетени уходят сотни миллионов рублей, не говоря о больницах. Да и какие после этого они работники?

- Вы рассуждаете неправильно. Во всем есть какая-то целесообразность, начал я объяснять ей современное воззрение на этот вопрос.

- Вы рассуждаете, как государственный человек. Но, этим занимаются люди, которым выгодно готовить пищу из, грубо говоря, отбросов. Они хорошее мясо, вырезки берут себе, знакомым, друзьям, загоняют и богатеют. Им наплевать на ваше здоровье.

- Однако, вы что-то слишком мрачно смотрите. Есть же народный контроль?

- Естественно. Государство предусмотрело, что будут расхитители, поэтому предусмотрело и контроль. Однако жулики очень быстро и просто разрешили эту систему контроля. Они просто дают взятку контролеру. К сожалению, это так. Мне как-то рассказывала секретарь, у нее соседка из гастронома, в прошлом заведующая магазином, сейчас - продавец. Ее дважды проверяли из ОБХСС, есть там какай-то. Он теперь ходит с золотым кольцом, довольно массивным, по костюму и цвету лица не скажешь, что он живет на одну зарплату. Нет, нужны какие-то кардинальные меры. Но все это из-за нашей бедности. Было бы много продуктов, товаров, зачем воровать, когда проще было бы купить.

- Вы правы, но когда мы станем хорошо жить?

Мы еще много говорили о нашей жизни, о несправедливости в области распределения, о незаинтересованности в труде, к которой привела уравниловка. Когда мы остались одни, разговор переменился, и мы окунулись в прекрасный приключенческий мир, когда человек на время соприкасался с природой и мог тихо плыть на яхте под нежное дыхание ветра Вселенной!

Николай любит крейсерское плавание, совмещенное с туризмом. Гоняться - нет, это для мальчишек. Он ходит в дальние рейсы на своей маленькой яхточке, отдыхает ночью на берегу, там же готовит обеды. Его первый друг во всех плаваниях - его дочка. Мать не все знает, но так как прошло много времени, то, пожалуй, можно и рассказать его секрет.

- Наверное, мы очень хотели, чтобы у нас был мальчик, поэтому родилась озорная девочка, которая не уступает любому мальчишке. Заводило, легкая на подъем, первый помощник в турпоходах, в черновых работах по подготовке яхты к плаванию - моя любимая Светка. Раз мы вдвоем шли по Оке. Она не такая широкая и глубокая, но ветер дует иной раз не меньший, чем на море, волны только нет. Мы шли на швертботе в ветер баллов шесть. На повороте мы не удержались и яхта опрокинулась. Я успел прыгнуть в воду, а Светка осталась в яхте. Я испугался, да, наверное, и любой бы испугался на моем месте. Но, не бахвалясь скажу, сражу же сообразил и поднырнул под корпус - она была внутри перевернутой яхты держалась за банку и голову держала над водой .. Я вытащил ее из под яхты и вытащил на берег. Только там, на берегу, она испугалась. Тогда ей было всего-то 8 лет. Маме мы не рассказали, а то больше не пустит ее со мной.

- Значит она у меня крещеная. Моряк со стажем. Странные вещи творятся на свете. Вот как далеко от моря формируется морской характер. И, кто знает, если бы это был мальчишка, то, может быть, был бы прекрасный моряк.

Мы обсудили мои проблемы, а они были не такие уж важные. Николай обещал мне помочь. Ведь нужно было не только получить трубы, но выбрать их без дефектов, погрузить на машину и закрепить, чтобы не потерять по дороге.

При сварке труб, они изгибаются в ту сторону, на которой производится сварка. Чтобы сделать лик паз, мы приварили к основной трубе, мачте, трубу небольшого диаметра, примерно 20 миллиметров.

И мачта выгибалась дугой. Приходилось тратить массу усилий, чтобы ее выровнять. Мачты я делал второй раз, так что все было знакомо, и я мог кое-что усовершенствовать. Это, в конце концов, оказалось проще, чем отправить их на Азовское море. Грот-мачту мы сделали сборной, так что ее максимальная длина была семь метров, а бизань-мачта получилась чуть больше девяти. Как, куда, во что ее загрузить и доставить в Жданов, где стояла "Русь"? О поезде нечего было говорить, там настолько консервативные товарищи, что с ними ни о чем не договоришься. Оставался автотранспорт. Я прошел лесенку от автобазы до министерства, и, в конце концов, получил разрешение на транспортировку мачты, как будто это была ракета. В общем, как в песне:

"Кто бьется, тот добьется ......."

Кроме мелочей необходтмо было достать фалы на шкоты и вообще оснастку яхты, так как ее я использовал при буксировке яхты из Керчи в Жданов, часть погибла во время шторма в Азовском море во время трудного рейса. Это была, пожалуй, самая трудная задача, так как "хорошие веревки" нужны всем и всюду.

Опять стало два вопроса: где и как?

Кто-то из знакомых подсказал, что в Коломне есть канатная фабрика. И вот я шагаю по насыпи вдоль полотна железной дороги и разыскиваю предприятие, которое изготовляет фалы из капроновой нити. Они могут сделать его и помягче, что необходимо для шкотов, и довольно просто, если убрать часть нитей из внутренней укладки. По подсказанному ими адресу, я нашел в Москве управление, где согласились в порядке исключения продать 200 метров фала, но чтобы был запрос, и раз я иду в плавание от Географического общества Академии наук, то чтобы письмо было на бланке Академии.

Так как последнее требование для меня не представляло особой сложности, то фалы я получил.

Химкомбинат посылал рефрижератор на Азовское море и вот в него я и запихнул мачту. Она протянулась через всю машину и высунулась через вентиляционное окно впереди кузова. Все нормально. Вперед!

В июне я взял отпуск и вслед за мачтой полетел в Жданов. Впереди была большая работа. Ремонт рулевого устройства, замена гребного винта и вала, покраска корпуса, установка мачт, подгонка нового такелажа, замена большой части талрепов, регулировка двигателя для зарядки аккумуляторных батарей и впервые - ремонт парусов. Во время урагана был порван рейковый стаксель. Его нужно было шить.

Яхта стояла на том же месте и внешне на ней ничего не изменилось. Рядом лежала сгруженная с автомашины мачта. Я взял стремянку и поднялся на борт. Здесь я увидел первые признаки бандитизма. Крышка кокпита была приоткрыта, замок сорван. В каюте содран пластик, вырваны приборы со щита, поломана карданная подвеска газовой плиты. Украдены одеяла, простыни, матрасы, которые я не сдал на хранение, так как они были старые. Украли и обрывки канатов, фалов. Вырвали плафоны с ламп освещения каюты, машинного отделения и кубрика. В общем, все напоминало далекое прошлое, когда люди не столько брали нужное себе, а грабили, разоряли, ломали. В общем, у меня побывали предки махновцев и привели все устройства яхты в полную негодность. То, что не сумел сделать Снегирев с помощью газеты "Комсомольская правда" доделали местное жульё. В общем, меня добили.

Я был убит. Я понимал, что теперь я один не сумею восстановить яхту. Не было ни сил, ни денег, не было помощников и условий для работы. У меня не было и времени, так как за отпуск здесь ничего не успеть. И, кроме того, я понимал, что раз меня начали грабить, то все новое нужно будет сторожить. А жить здесь постоянно, я не мог, не мог и нанимать сторожей, так как это слишком накладно.

Разбитый морально, донельзя расстроенный я пошел в пароходство, поговорить с Кишуновым и Чебановым. Нужно с кем-то посоветоваться, слишком неординарное сложилось у меня положение. Тяжело.

Что делать, я не знал. После "Снегиревской рекламы" никто мне не поможет, а может быть это сделано в угоду тем, кто начал меня бить с помощью газеты?

Мы сидели втроем, подавленные моим грустным сообщением. Ситуация была припаршивая. На восстановление яхты требовались не только деньги и материалы, но и уйма времени. Здесь на судоремонтном заводе, группа ребят-яхтсменов более трех лет восстанавливает большую деревянную яхту. Их несколько человек, яхта стоит в цехе завода, все имеется. И, не смотря на это, ремонт идет очень долго!

Есть ли смысл заниматься ремонтом мне? Что будет через год, не растащат ли яхту вторично. Я подробно рассказал о случившемся и попросил совета.

- Дела отвратительные, - сказал Ким. - Восстановительный ремонт это труднее, чем ту или иную деталь или устройство сделать заново. Времени нет, денег нет, что ж ты обращаешься к нам? Что от совета тебе легче будет?

- Ты прав Ким, мое горе, мне и расхлебывать. Но как? Об этом я и хотел поговорить с вами.

- Вам, пожалуй, не восстановить яхту, - начал Александр Серафимович. - Вы живете в Москве, там ваше и окружение, там люди, которые в свое время помогали. Здесь вам будет значительно труднее, да и стоит ли. Ваши недруги нападали на конструкцию яхты, говорили, что она не пригодна для океанского плавания. Может получиться так, что вы убьете уйму средств и времени и только для того, чтобы вновь ходить по Азову или Черному морям? Не проще ли сразу поставить вопрос о строительстве новой яхты, ведь есть же заинтересованные люди и организации. Если нужно, то мы, моряки, обратимся в соответствующие организации с поддержкой. Ведь такое плавание очень нужно нашей стране.

- Я думал об этом. Естественно, что нужно будет строить новую яхту. Николаевский кораблестроительный институт обещает сделать проект такой яхты и построить ее из сплава АМГ. Это прекрасно. Но эту яхту я в свое время передал спорткомитету Химкомбината на баланс. Значит, я за нее отвечаю перед комбинатом.

- А она нужна вашему химкомбинату?

- Нет, я ее делал с единственной целью - выйти в океан и обойти вокруг шарика. А так просто она мне не нужна. На самом Химкомбинате нет яхтсменов.

- Так передайте её какому-нибудь яхтклубу на Азовском или Черном морях. Ее с радостью возьмут. Ведь это даром.

После продолжительной переписки с рядом яхт-клубов я принял решение и, согласовав его, передал яхту комбинату Ждановтяжмаш. Так закончилась одиссея - моя и "Руси". Окончилась она грустно, очень грустно, не как капитана Блада.

Поневоле бросив физическую работу, я стал болтливым. Не знаю, может быт, в этом есть какая-то закономерность? Те, кто не трудится, кто не создает материальные ценности, обычно очень болтливы, и чем больше болтают, тем лучше живут. Возможно, в этом есть какая-то целесообразность, чего не бывает в наше время. Но со мной точно, с тех пор, как я перестал вкалывать на яхте, и во время ее строительства, и во время плавания, я стал много болтать, то есть рассказывать о постигшем меня горе, о тяжелых превратностях судьбы.

- Вам нужно искать спонсора, богатого человека, у которого настолько много денег, что он не знает, как их употребить. Уговорите его, ведь у вас прекрасная идея, - посоветовала мне Алла Ивановна из Туристического бюро.

- Где же его найти? Это же, как клад. Естественно, где-то живут миллионеры, но они тщательно скрывают свое богатство. Нужно, чтобы кто-то представил меня. А кто?

- Вам нужно побольше общаться, рассказывать людям о своей идее и нужный человек услышит и как то проявится.

- Правильно. Дело в том, что яхту, которую я бы построил на его деньги останется за ним. Это, во-первых, а во-вторых, после кругосветки ему воздастся. Я ему оплачу эксплуатацию и расскажу о его помощи ... Ну, чем он рискует? Ведь у абсолютного большинства наших миллионеров деньги лежат пассивным балластом.

После этого разговора, я говорил со многими людьми, но пока, к сожалению, ни разу не попадал на такого человека.

Осенью меня пригласили в Ленинград, очень настаивал на встрече корреспондент газеты "Смена".

Ох, как трудно с этими корреспондентами! И откуда они берутся. Нужно все же признаться, что они сильно отличаются от нас - рядовых тружеников. Уж как пристанет, буквально в душу залезет, так хоть караул кричи и беги, куда глаза глядят. Настойчивость, инициатива, пронырливость, способность видеть через стены и время ... В общем, они молодцы, жаль, что им некогда серьезно заниматься теми или иными проблемами. Дали информацию и бегом дальше. Из Ленинграда требовали, чтобы я продолжал свое дело.

- Нужно бороться, не падать духом, строить новую яхту, доставать средства. В общем, не сдаваться. Пройдет время, утихнут страсти, тогда с новыми силами, наученный горьким опытом вы выйдете на арену. Спонсора? Да, нужно искать: Кто ищет, тот всегда найдет".

А пока я вас познакомлю с ленинградскими конструкторами. Они очень хотели вас видеть, так как надеялись на вашу помощь. Эти товарищи давно работают над конструкцией современной крейсерской океанской яхты из металла и хотят, чтобы им помогли начать серийное строительство.

- Чем же я могу помочь?

- Если вы пробьете кругосветку, то для них это будет прекрасной рекламой. Тогда можно будет заинтересовать не только наш спорткомитет, но и спортивные организации за рубежом, особенно в странах, где нет корабелов.

На другой день состоялась беседа с представителями фирмы "Алмаз", и я впервые, хоть в чертежах, увидел прекрасную океанскую яхту неограниченного района плавания. Да, о такой яхте можно было только мечтать. Они же пока мечтали только о том, чтобы в нашей стране начать серийное строительство.

- Сколько это примерно будет стоить?

- Разработка, с рабочими чертежами полмиллиона рублей и серийная яхта тоже примерно 500 тысяч. Первая же будет, естественно, дороже.

Эти цифры меня убили. Я тогда еще не был готов спокойно реагировать на такие баснословные суммы.

В Москве меня ожидало письмо от Немирова из Николаева. Организованное им студенческое конструкторское бюро предлагает мне выполнить по моему заказу и по моим ТТД крейсерскую океанскую яхту из сплава АМГ. Стоимость чертежей, если платить наличными, то всего 6-8 тысяч, а если по перечислению, то 12 –15 тысяч рублей. Но пока у меня и таких крох не было. Господи, как это страшно! Прожить всю жизнь и не иметь средств, чтобы осуществить такую красивую мечту. Что же мне оставить после себя? Я был послушным членом общества, за что получал одни синяки. Всю свою жизнь я отдавал все семье, но теперь они стали самостоятельными и отвернулись от мен, как от человека не от мира сего. За что? Остается пока одно, искать и найти человека, который мог меня понять и помочь.

Ищу спонсора! Или может быть лучше найти своего гуру, чтобы он помог мне нести крест, который я выбрал слишком тяжелым.

Часть 4

ФИНАЛ

Фантастика - выражение взглядов автора, при невероятном развитии событий. Где вы видели, чтобы буржуй вам дал деньги, просто так, на какой-то бред. Однако, наша жизнь оже фантастика, так как мы её нреп планиоровали.

Глава 13 ЗАГАДОЧНЫЙ СПОНСОР

Оставшись без яхты, без средств и сил для строительства новой, более современной и как требуют мои оппоненты, по утвержденным проектам и из современных материалов, я взялся за поиски спонсора, что, естественно, оказалось архитрудно. В наше время они скрывали свои доходы и боялись, что за наличие больших денег, они понесут и большую ответственность. Найти богатенького человека можно было только через знакомых, которым они доверяют.

Чтобы заполнить время и поддержать себя экономически, я пошел работать. На длительное время я обосновался в одной из лучших больниц Москвы - больнице МЗ РСФСР при ВДНХ СССР - в качестве главного инженера. Эксплуатационная работа не имеет ни границ и ни конца, так что я целиком ушел в работу. Одно меня радовало, это многочисленные знакомства с людьми, имеющими благородную цель в своей жизни - забота о здоровье людей. Однако в свободное время было тошно. Я не мог не думать о море, о крахе своей мечты, а друзья, выражая соболезнование, только травили душу.

Неожиданно ко мне приехал профессор Бугровский и предложил поехать с ним в научную экспедицию в Центральную Азию. Это было заманчиво, сулило массу новых впечатлений, знакомство с неизведанной природой, людьми, их нравами, обычаями. И одновременно это требовало большого напряжения в мышлении, но...

- Что я там смогу делать? Я же не ученый.

- Я предлагаю тебе ехать начальником экспедиции.

- Ты смеешься? Я же никогда этим не занимался и никого у вас там не знаю.

- И не нужно. Я еду научным руководителем экспедиции и всегда тебе помогу. А с людьми ты быстро познакомишься.

- Когда знакомится, если нужно сразу работать.

- Соглашайся. Если бы я тебя не знал, твою хватку и организаторские способности, я бы тебе не предложил. А там удивительная природа. Божественно красивая.

- Хорошо, но, чур, не ругаться и не жалеть.

- Брось об этом думать. До лета еще четыре месяца, ты все сделаешь, подготовишься и познакомишься с людьми.

С трудом я уволился, пообещав главному врачу, что после окончания работы экспедиции, я вернусь в больницу. Так неожиданно я стал начальником комплексной биосферной экспедиции Академии Наук СССР в центральной Азии, с базированием в районе озера Убса-Нур. Работа оказалась в основном организаторской, но с массой совершенно разнообразных вопросов, которые требовали решения в различных инстанциях, учреждениях, вплоть до министерств, знания и оформления бесчисленных бумажек. Сметы, деньги, снабжение, транспорт, билеты, документация, разрешающая работы в пограничных зонах с Монголией и в самой Магнолии; гостиницы, гужевой транспорт, согласование вопросов работ экспедиции с местными руководителями и прочее, прочее. Экспедиция направлялась в долину Убсу-Нур, часть которой находилась в Тувинской республике, а часть - в Монголии. Степи, пустыни, леса, реки, озера и пески. Равнины и горы, покрытые лесами, верхушки которых увенчаны белыми шапками ледников. Весь район работы раскинут на 2-3 тысячи метров над уровнем моря. Колыхание желтого ковыля на бескрайних степях напоминало морские волны. Облака, которые шли довольно низко над землей, были, как бы расположены на громадных подносах. Основания их были, как бы срезаны, и на импровизированном блюде величественно плыли горы курчавых белоснежных причудливых облаков. Горы, окрашенные в зеленый цвет деревьвями внизу, постепенно переходили в фиолетово-синий, а на вершине - приобретали цвет свежего снега.

Дороги? Дороги были везде. Ровная поверхность долин позволяла машинам ехать с предельной скоростью прямо по целине. Издали наши КАМАЗы выглядели как игрушечные, и бегали туда-сюда по зеленой скатерти степи, как по асфальтированной площади.

В экспедиции было десять отрядов со всех концов страны. Интересно было, с точки зрения психологии, анализировать поведение и характеры людей. Отряд лесовиков из Белоруссии, и медиков из Красноярска, и студентов Тувинского пединститута поражали большой работоспособностью, скромностью и воспитанностью. В то же время, участники Московского университета были дерзкими, невоспитанными, всегда недовольными всем, в особенности снабжением, бытом и вниманием к ним. Что они дали для науки - не знаю и весьма сомневаюсь в том... что сделали что-то полезное.

Было у нас в экспедиции два отряда почвоведов - МГУ и НИИ г. Пущино. Работая с ними, я понял, что такое наука и где халтура. Не завидую я тем организациям, в которые попадут выпускники МГУ, участвующие в этой экспедиции.

Вернувшись из экспедиции с массой впечатлений и обогатив себя познанием экологии и биосферы, я снова занял свой кабинет в больнице, а не каюту на яхте.

Постепенно, я научился печатать и, не торопясь, когда появлялось желание, печатал свои воспоминания о строительстве яхты и первых плаваниях в море. Некоторые знакомые интересовались моими “трудами”, советовали издать книгу, но я все время отказывался, так как она не имела конца. А неоконченное путешествие никого не интересует.

Однажды я рассказал о своей одиссее и, о связанных с нею приключениями и трудностями знакомому предпринимателю - Анисимову Ивану Ивановичу (Между нами говоря, проходимец страшный). Закончил я свой рассказ тем, что мне нужен спонсор, заинтересованный в приобретении яхты, которая могла бы служить и для круизов по Черному или Средиземному морям и иметь, в то же время коммерческое значение.

- Какую сумму тебе нужно, - поинтересовался Иван Иванович.

- Ответить на этот вопрос просто так, невозможно.

- Почему, боишься испугать?

- Нет, не в этом дело. Строить яхту для того, чтобы провести там отпуск - это нелепо. Яхта должна работать, приносить доход или хотя бы окупать себя. Исходя из этого, составляется техническое задание и определяется ее стоимость.

- Ну, а сто тысяч зелёных хватит?

- Давайте прикинем. Чтобы ехать отдыхать, скажем, на месяц, с друзьями, нужно их с удобствами разместить. На три пары отдыхающих нужно три каюты и кают компания, для приема пищи и отдыха. Затем каюта капитана, камбуз, кубрик для личного состава, гальюн, душевая, машинное отделение и рулевая рубка. Таким образом, яхта должна быть длиной примерно 18-20 метров и четыре с половиной метра шириной. Иметь три мачты, две машины, Такая игрушка будет стоить около полумиллионов долларов. И то, если эта яхта будет сделана на наших заводах.

За рубежом это стоит в 5 раз дороже. Экипаж для такой яхты нужен минимум 4 человека, груза можно будет взять тонн12,...

- Александр Моисеевич, я знаю, что ты можешь наговорить и на миллион долларов. Давай исходить из реальной суммы, из того, что я могу выделить и не более обещанного.

- Ладно, Иван Иванович. Когда ты можешь финансировать?

- Хоть сегодня. Тебе же не нужны все деньги сразу? Я посмотрел на его серые глаза и приветливое лицо и, не заметив никакого подвоха, сказал: разговор предстоит долгий, но пока слушай. Яхта будет, строится на твое имя и ты будешь судовладельцем. Руководить строительством и контролировать его буду я, и ты назначишь меня капитаном яхты. После постройки яхты мы испытаем её, ты прокатишься на ней и отдохнешь со своими друзьями. Но потом, ты разрешишь мне использовать яхту для плавания вокруг света. Ты, чтобы ни случилось, не пострадаешь. Мы ее застрахуем. Когда я вернусь, то подберем команду, и она будет совершать круизы по Черноморскому и Средиземному морям, а ты будешь считать денежки.

Я подготовлю договор, и в ближайшие дни заверим его у нотариуса. Думаю, что за эти деньги удастся построить яхту длиной 15 метров и шириной метра 4. Если ты считаешь необходимым, то мы можем обсудить, какой будет яхта, но я бы целиком и полностью положился на конструкторское бюро. Свои пожелания я естественно выскажу, так как я, когда конструировал яхты, просмотрел десятки типовых проектов. В целях экономии, внутреннюю отделку упростим, сделаем из отечественных материалов. Для меня очень важны паруса, навигационное оборудование, автоматическое управление парусами, и радиосвязь. Я понимаю, что если яхту использовать для круизов, то важно иметь и бар и очень хороший камбуз. В море питание очень много значит, так как с яхты ты не побежишь в ресторан.

- Откуда ты так много знаешь? - удивился Иван Иванович.

- Во-первых, я плавал на многих кораблях. Во-вторых, когда занимался проектированием своей яхты, я переворотил уйму литературы. И, в-третьих, я побывал на многих яхтах Черного, Балтийского и Азовского морей. Ну и смотрел, изучал, видел недостатки и постараюсь их избежать. Когда я вернусь из кругосветки, то напишу книгу и, думаю, у меня появятся деньги. Тогда я выкуплю твою яхту, а тебе построим побольше. Ну, не будем загадывать.

- Ну и как ты собираешься все это организовать?

- Сегодня вечером я позвоню в Николаев и договорюсь с руководителем студенческого конструкторского бюро о возможности сконструировать для нас яхту и поинтересоваться на судоверфи, смогут ли они такую яхту построить? Тебя интересует вопрос о том, какая будет яхта? Если хочешь, я ее тебе нарисую.

- В общем плане, да. Но ты, давай займись всеми неотложными вопросами, я думаю, мои пожелания будут неуместны. Я целиком и полностью доверяю тебе. Звони, в любое время, я забегу.

- Не беспокойся, я позвоню, и теперь не буду стесняться. Ты не представляешь, какое это грандиозное дело. Как только николаевцы согласятся, я сразу вылетаю в Николаев и начну свой бег... за счастьем. Там придется действительно побегать, чтобы построили побыстрее, получше и дешевле.

- Давай, давай, это настолько удивительно, что я даже не ожидал и не могу представить, какой фурор будет среди моих знакомых.

- И еще один нескромный вопрос. Я на пенсии, она не такая большая, но прокормить себя я смогу. У меня просьба, чтобы ты оплачивал разъезды и жилье. Мне придется снять там комнату. Как ты считаешь?

- Никаких проблем. Я согласен. Скажешь только, сколько в месяц.

-У тебя есть знакомый юрист? Посоветуйся с ним, как все правильно оформить Ладно?

- Скажи, а почему яхты такие дорогие? Ведь прекрасный автомобиль стоит 20 тысяч долларов, а яхта?!

- Причин много, но основные две: в обеспечении безопасного плавания и часто в экстремальных условиях и в автономности существования. Несмотря на большие работы уже несколько сот лет и применение самых надежных материалов корабли погибают: ломаются, разбиваются и тонут. Следовательно, до сих пор главным вопросом является обеспечение живучести, непотопляемость судна. И второе - любое судно в море должно обеспечивать жизнь и деятельность человека. Там должно быть все, что необходимо в жизни человека и не только вода, и питание, и сон. Там должны быть условия для целенаправленной деятельности человека. Ладно, станешь судовладельцем, сходишь пару раз в море, тогда поймешь. Тем более что ограниченная грузоподъемность не позволит взять все, что ты хочешь, и в неограниченном количестве.

Мы поговорили еще о разных пустяках, и он ушел.

Я сидел в своем теплом, тихом и не качающемся кабинете, сверху ничего не капало, и не нужно было сломя голову бежать наверх по крику вахтенного. Мое уединение и спокойствие мог только нарушить телефонный звонок, да главный врач могла пригласить меня зайти к ней, и то не для проведения авральных работ. Да, здесь спокойнее.

Таки зазвенел звонок.

- Александр Моисеевич, зайдите ко мне, - приглашала главный врач.

- Здесь из Министерства такие сложные бумаги прибыли, что сразу не разберешься без вашей помощи.

Вечером я позвонил в Николаев. А вдруг меня там забыли, думал я, пока не ответил преподаватель, руководитель студенческого КБ.

- Здравствуйте Николай Сергеевич! Чебанюк вас беспокоит. Помните?

- Ну, конечно. Рад вас слышать.

- У меня к вам большая просьба. Узнайте, можно ли у вас сделать проект, а на судоверфи построить яхту примерно 20 длиной и 4 метра шириной.

- Какую яхту, когда и кому?

- Парусную яхту типа Бермудский кеч. Водоизмещением 20-24 тонны. Оплата - половина наличными, половина по перечислению. Яхту закажет частное лицо. Я буду капитаном яхты.

- Вы просто огорошили меня. Давайте я все выясню, а вы позвоните дня через два. Из какого материала вы хотите сделать корпус?

- Материал сплав АМГ, внутренняя отделка из простых пород дерева и все как можно проще, чтобы яхту сделать, возможно, больше, за те же затраты. Прикиньте, сколько это будет стоить в валюте. Запишите мой телефон, вечерами я всегда дома.

Вечером я сел за чертежи, чтобы спланировать внутренние помещения и приехать в Николаев с какими-то своими предложениями. Здесь я могу показать Ивану Ивановичу и поспорить, чтобы потом там было легче решать эти же вопросы.

Эскизы, техническое задание, требование по автоматике, и предложение, как сделать яхту подешевле. На время строительства яхты придется ехать в Николаев и надолго, а в квартире пока поживет Сережа.

Меня снова потянуло к чертежам как картежника к игральным картам. Мне нравилось конструировать, это же вроде стремление к воплощению твоей мечты. Здесь на бумаге ты видишь ее строгие линии, гордый вид и легкость яхты, готовой взлететь под дуновением ветра. Нужно уже сейчас учесть все недостатки, которые обнаружились на “Руси”, во время плавания.

К сожалению, яхту “Русь” я перегрузил слишком большим балластом, он у меня составлял 50 процентов. Здесь нужно будет обойтись примерно 30 процентами, это и то 7 тонн. Управление парусами должно быть автоматическим, как бы это дорого ни стоило. Кроме кокпита и входа в яхту с мостика, должно быть еще три световых люка. В носовой кубрик, с вертикальным трапом по душевой переборке и в кормовое помещение. В самом носу сделать люк для сбрасывания парусов в парусную кладовую. Нужно предусмотреть на них крышки, чтобы закрывать дополнительно во время урагана. Да, Жигоман жаловался на вентиляцию. Не забыть... Над местом рулевого нужно будет сделать большой сферический колпак для защиты от ветра и непогоды. Его сделать из толстого оргстекла. Двигателей нужно два. Оба они будут работать в непогоду или, если нужно будет подходить к берегу против течения. Один - для подзарядки аккумуляторов. Электроэнергии потребуется довольно много, так как придется в ночное время включать фотовспышки на топе грот-мачты в целях обеспечения безопасности плавания. Если придется ходить с пассажирами в круиз, то нужно будет установить маленький холодильник.

Весь вечер я провел в размышлениях и записывал все вопросы, которыми придется заниматься. Если получится, то нужно будет обязательно позвонить Евграфию Евграфиевичу и посоветоваться с ним. Составить план-перечень, все потом будет легче, и ничего не упущу.

Интересно, что он скажет насчет того, чтобы съездить к г. Григорьеву и рассказать о том, что заказывается проект яхты и что он посоветует? Сделать вид, что обращаюсь к нему за помощью и консультацией. Прикинутся дурачком. А? Может быть взыграет его самолюбие, и он не будет портить мне жизнь?

Прошло день, два. Сначала я успокоился, а потом из-за задержки начал волноваться и думать, почему не звонят николаевцы.

- Какие новости? - позвонил мне Иван Иванович? - Я был у юриста, он сказал, что никаких проблем не будет.

- У меня пока никаких новостей. Я поговорил с руководителем КБ, изложил ему все наши просьбы, и он обещал мне позвонить после согласования вопросов с руководством завода. Это для них необычно. Наверное, и сам директор будет совещаться со своими подчиненными: главным инженером, экономистом, снабженцами.

Сказав это Ивану Ивановичу, я сам успокоился. Это же частный и довольно большой заказ, так что нужно будет время, чтобы все обсудить и принять решение.

- Позвони, если будут известия. Мне вдруг не терпится узнать поскорее, что из этого получится. Я одному другу рассказал о нашем проекте, так он очень заинтересовался, так что жди еще обращений, еще одну яхту строить.

- Иван Иванович, я же просил тебя, никому об этом не рассказывать Я уже погорел на этом, как ее назвали “рекламе”. Учти, что для большинства людей это дело не ординарное, а любопытство может породить сенсацию. Если об этом пронюхают корреспонденты, они все загубят на корню. Прошу тебя мою фамилию нигде не называй.

- Это что еще за тайны?

- Придешь ко мне, я покажу тебе все материалы по строительству яхты “ Русь “ и ее испытаниях на Черном море. Ты увидишь, чем это кончилось. Практически все дело сгубил один корреспондент из “ Комсомольской правды”. Теперь я боюсь журналистов, хотя раньше их уважал.

- Зря. Я рассказал другу, которого давно знаю. Это Пал Палыч Тихонов, хочешь, я тебя познакомлю? А насчет корреспондентов, то это просто, если они напишут неправду, то можно на них подать в суд.

- В том то и дело, что они могут правду написать в таком виде, что загубят любое дело. Ты что не знаешь, как правдой можно скомпрометировать человека? Приходи, посмотришь, убедишься сам.

- Это что-то новое.

- Очень просто. Этот Снегирев написал, что сухопутный житель из Подмосковья строит яхту и хочет обойти вокруг света. Что одновременно я изучаю штурманское дело, навигацию, английский язык, географию морей по пути следования, проливы, течения и прочее. А вот то, что я моряк, что окончил военно-морское училище, что неоднократно ходил в море, что был командиром судна, что я яхтсмен, он просто умолчал. Умолчал о том, что я консультировался в КБ судоверфи ВЦСПС, что мне помогает строить яхту корабел, чемпион Украины по яхтенному спорту. Более того, этот паскудя, выразил заботу, как бы я не утонул. Вот так.

Поэтому приглашайте меня, если хотите кому-то все рассказать и с подробностями и если это будет в интересах дела.

- Хорошо договорились, я понял тебя. Успеха, звони.

Николай Сергеевич позвонил только на девятый день.

- Практически все вопросы, о которых ты просил, я выяснил. Все чертежи будут сделаны нашими студентами и во время. Все твои замечания будут учтены. Думаю, что ты приедешь сюда и будешь работать вместе с нашими ребятами.

Они согласны и примут твой опыт и в конструировании и хождении на яхте. За работу они просят 6 тысяч долларов наличными и готовы принять самое прямое участие в проведении ходовых испытаний яхты на Черном море. Я думаю, что это неплохо. Тебя они помнят и уважают, и рады, что ты будешь “на плаву”. С другого они за этот проект взяли бы больше. Эта работа пойдет им в диплом, так что они все сделают на совесть, быстро и их проверят.

- Очень хорошо. Я полностью согласен. Как завод отреагировал?

- На заводе тоже все нормально. Они укладываются в сумму, которую вы оговорили, естественно, если они будут экономить на внутренней отделке, на том, что кое-что из оборудования поставят наше, а не импортное. Компасы можно будет взять бывшие в употреблении, а это почти бесплатно. Уменьшать количество изделий из нержавеющей стали. Например, цистерны для топлива нужно сделать из простой стали, а питьевые - из нержавейки. Внутренняя отделка из красного дерева не получится. Бар на яхте? Лучше пока отказаться. Впрочем, они просили приехать тебя, так как решили, что ты будешь во время постройки на заводе, это им нравится, так как все вопросы будут решаться на месте, без проволочек. Их обрадовало то, что половина денег будет выплачена наличными, так как они страдают от неплательщиков, а эти деньги пойдут в директорский фонд, в основном для поощрения лучших рабочих.

- Когда можно выезжать?

- Хоть завтра.

- Ладно, я переговорю с заказчиком и позвоню. Мне - то все равно, а он человек занятый и не может терять время. Скажи, пожалуйста, сколько времени займет строительство?

- В твоем случае они поторопятся и обещают, раз ты не хочешь дворцового убранства, сделать яхту за 9-10 месяцев.

- Хорошо. Спасибо. Жди звонка послезавтра вечером. До свидания.

Главная Страница