ЖЕНА МИХАИЛА ТРЕПАШКИНА ОБРАТИЛАСЬ ЗА ПОМОЩЬЮ К БЛЭРУ

26 февраля 2004 г. Грани.Ру

Татьяна Трепашкина, жена адвоката Михаила Трепашкина, обра-тилась к премьер-министру Великобритании Тони Блэру с призы-вом о помощи. Российские правоохранительные органы обвинили Трепашкина в сотрудничестве с британскими спецслужбами. Татьяна Трепашкина просит Блэра опровергнуть эти обвинения, либо взять

Трепашкина под защиту.

Трепашкина намерена лично передать свое обращение представи-телям посольства Великобритании в Москве 26 февраля в 11 часов.

“Согласно материалам обвинения, мой муж собирал информацию о взрывах жилых домов в Москве в сентябре 1999 года якобы по поруче-нию британской секретной службы MI-5 “в целях дискредитации” рос-сийской службы безопасности ФСБ”, – сообщила Татьяна Трепашкина. “В действительности мой муж занимался расследованием московс-ких терактов сначала по просьбе покойного депутата Госдумы Сергея Юшенкова, а в последнее время в качестве адвоката семьи жертв мос-ковских взрывов”, – сказала она.



ФСБ взрывает Россию

ФСБ обвиняет адвоката Михаила Трепашкина в участии в операции спецслужб Великобритании по компрометации ФСБ путем обвинений в причастности к взрывам домов в городах России, в эту операцию также якобы вовлечены Александр Литвиненко и Борис Березовский. Об этом сообщил сам Трепашкин, которому удалось выслать на волю записку с описанием обвинений, предъявленных ему по делу о разгла-шении государственной тайны.

Дело слушается в Московском окружном военном суде в закрытом ре-жиме. По этим обвинениям Трепашкин может получить 10 лет тюрьмы.

Трепашкин был тесно связан с Сергеем Юшенковым по делам Об-щественной комиссии, расследовавшей обстоятельства взрывов до-мов, a затем в качестве адвоката Татьяны Морозовой получил доступ к материалам дела Адама Деккушева и Юсуфа Крымшамхалова, которое также слушается в закрытом режиме. Незадолго до начала процесса Трепашкина задержали в Подмоскосье по обвинению в нарушении подписки о невыезде и в незаконном хранении оружия – при задержа-нии в его машине нашли пистолет. Сам Трепашкин заявил, что писто-лет ему подбросили.

МИХАИЛ ТРЕПАШКИН: ПРОФИЛЬ ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННОГО

Михаил Трепашкин – московский адвокат, арестованный по сфабри-кованному обвинению накануне суда, где он планировал предъявить сенсационные доказательства причастности российских спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года.

Обстоятельства ареста

1. Михаил Трепашкин, адвокат из Москвы, был арестован 22 октября 2003 г. по обвинению в незаконном хранении оружия после того, как

в его машине был обнаружен пистолет. Сам он утверждает, что писто-лет был подброшен. Когда автомобиль Трепашкина остановила ГАИ, на обочине уже ждала группа захвата. Они открыто швырнули в машину сверток. В нем оказался пистолет, который исчез несколько лет назад, во время налета боевиков на федеральное учреждение в Чечне.

2. Трепашкин давно находился в конфликте с российскими спец-службами. В прошлом он сам работал следователем, но в 1996 году его уволили из органов после того, как он отказался покрыть случай кор-рупции среди высших чинов ФСБ. В 1998 году он принял участие в зна-менитой пресс-конференции, на которой прозвучали обвинения ФСБ



Александр Литвиненко, Юрий Фельштинский

в повальной коррупции и организации бессудных казней. На момент ареста Трепашкин уже находился под следствием по другому обвине-нию по линии ФСБ – в разглашении государственной тайны. Крайне маловероятно, что юрист, который знает, что ФСБ ведет против него следствие, и что он находится под наблюдением, станет возить с собой незарегистрированное оружие.

3. В действительности Трепашкина арестовали для того, чтобы пре-дотвратить его выступление в важном судебном процессе, ибо власть боялась, что он предъявит серьезные улики, которые представляют со-бой политическую угрозу президенту Путину.

Дело о взрывах

4. Суд, который начался через неделю после ареста Трепашкина, рассматривает дело по обвинению двух российских мусульман в орга-низации взрывов трех жилых домов в сентябре 1999 года. В результате терактов погибло около 300 человек. Взрывы были приписаны чеченс-ким сепаратистам и послужили поводом для второй чеченской войны. Они помогли Владимиру Путину победить на президентских выборах 2000 года.

5. На суде Трепашкин должен был представлять интересы сестер Алены и Татьяны Морозовых, чья мать погибла в результате взрыва 9 сентября 1999 года. В настоящее время Морозовы проживают в США, Татьяна замужем за американским гражданином, а Алена ждет реше-ния о политическом убежище. По российским законам жертвы пре-ступления имеют право в уголовном деле вносить ходатайства, вызы-вать и подвергать перекрестному допросу свидетелей.

6. По указаниям своих клиентов г-н Трепашкин собирался озвучить

в суде версию о причастности к терактам 1999 года российских спец-служб, в частности, ФСБ. Подобного рода обвинения уже звучали и в прессе, и в политических кругах. Вкратце их содержание сводится к тому, что чеченцы к этим терактам могут быть и не причастны, и что на самом деле они могли быть организованы ФСБ, с целью склонить общественность поддержать войну. Почти половина населения России считает, что ФСБ могла организовать взрывы. В недавнем обращении к Сенату США сенатор Джон Маккейн заявил, что “остаются веские основания подозревать ФСБ в причастности к организации этих тер-актов”.

7. Основным аргументом в пользу версии о причастности ФСБ до недавнего временни были события 23 сентября 1999 года, когда после третьего теракта, милиция обезвредила взрывное устройство в подва-



ФСБ взрывает Россию

ле одного из многоэтажных домов г. Рязани. Подозреваемых в органи-зации взрыва сначала задержали, а потом отпустили, поскольку они предъявили удостоверения сотрудников ФСБ. Власти объяснили весь инцидент неудачно задуманными учениями по “гражданской обороне”. Связь между “учениями” в Рязани и терактами так и осталась недока-занной. Однако г-н Трепашкин занимался самостоятельным расследо-ванием взрывов в Москве и обнаружил новые улики, которые говорят

о причастности ФСБ.

8. Процесс по делу о взрывах, который начался 31 октября, прохо-дит за закрытыми дверями “по соображениям государственной безо-пасности”. Два обвиняемых по делу, Адам Деккушев и Юсуф Крым-шамхалов, обвиняются в перевозке взрывчатки. Один из них отрицает все предъявленные ему обвинения, другой частично признает свою вину, однако утверждает, что об истинном предназначении взрывчат-ки ничего не знал. Судья по данному делу, Марина Комарова, ранее участвовала в процессах по делам, инициированным ФСБ, таких как известные “шпионские” дела, вызвавшие озабоченность международ-ной общественности из-за их очевидной политической мотивировки.

9. Большинство других жертв по данному делу либо вообще не представлены в суде, либо дали подписку о неразглашении. Сестры Морозовы ее дать отказались. Таким образом, г-н Трепашкин был бы единственным независимым наблюдателем на судебном заседании, за-крытом от остального мира.

10. Человека, которого обвинение cчитает главным организатором взрывов 1999 года, зовут Ачемез Гочияев. Он все еще на свободе, и, по слухам, укрывается в Панкисском ущелье, хотя грузинское прави-тельство это и отрицает. Обвинение против Гочияева построено на том, что он якобы арендовал подвалы в домах, куда были уcтановлены взрывные устройства.

11. Политические ставки на процессе по делу о московских взрывах крайне высоки. Если оба обвиняемых будут признаны виновными, а само судебное разбирательство – объективным, то теория о вине че-ченцев будет доказана, а версия о причастности ФСБ – развенчана.

Новые улики

12. Новые доказательства, обнаруженные Трепашкиным, сви-детельствуют о том, что за чеченцами, которых позже обвинили в организации взрывов, стояли агенты ФСБ. После ареста Трепаш-кина газета “Московские новости” опубликовала часть этих дока-зательств, поскольку репортер газеты Игорь Корольков успел с ним



Александр Литвиненко, Юрий Фельштинский

побеседовать. Трепашкин сообщил Королькову имя арендодателя подвала в доме, где проживала Морозова: Марк Блюменфельд. Тре-пашкин сообщил, что Блюменфельд опознал в арендаторе подвала другого человека, нежели того, которого считают главным подозре-ваемым.

13. После ареста Трепашкина Корольков связался с Блюменфель-дом. Хозяин подвала сообщил журналисту под запись на пленку, о том, что на фотороботе преступника, составленном правоохранительными органами с его слов, фигурирует не Ачемез Гочияев. Первый фоторо-бот впоследствии исчез из дела, и, по словам Блюменфельда, сотрудни-ки ФСБ вынудили его опознать Гочияева, которого он никогда ранее не видел, по фотографии.

14. В газете “Московские новости” говорится, что Трепашкин опоз-нал человека, которого и он сам, и ряд других свидетелей видели на первом фотороботе. Им оказался некто Владимир Михайлович Рома-нович, тайный агент ФСБ, который специализировался на внедрении

в чеченские группировки и который спустя несколько месяцев после взрывов погиб на Кипре, попав там под машину. Трепашкин сталки-вался с Романовичем шесть лет назад, когда еще работал в ФСБ. По словам Трепашкина, в 1996 году Романович был арестован в Москве как член чеченской ОПГ, которая занималась вымогательством и кон-трабандой оружия в Чечню, однако был вскоре отпущен после вме-шательства высших чинов ФСБ. Именно тогда Трепашкину сообщили, что Романович работает на ФСБ.

15. Из отчетов Трепашкина своим клиенткам следует, что он также собирал информацию о Татьяне Королевой, которая зарегистрировала компанию, арендовавшую подвалы для закладки бомб, от лица тер-рористов, действовавших по поддельному паспорту. По сообщениям прессы того периода Королеву задержали в промежутке между пер-вым и вторым взрывами, но затем отпустили по непонятным причи-нам. Позже в прессе появились сведения со ссылкой на источники в правоохранительных органах, что Королева якобы была любовницей Гочияева и бежала вместе с ним в Чечню. Тем не менее Трепашкину удалось установить, что Королева никуда не уезжала и все годы после взрывов продолжала работать в Москве, причем ею были зарегистри-рованы десятки компаний.



ФСБ взрывает Россию

Версия Гочияева

16. Эти доказательства существования “другого человека”, арен-довавшего подвалы, подтверждают рассказ самого Ачемеза Гочияева

– главвного подозреваемого, который до сих пор находится на свобо-де. В июле 2002 года Гочияев прислал из своего убежища письменное заявление и видеозапись Юрию Фельштинскому, российскому исто-рику, проживающему в Бостоне, и Александру Литвиненко, бывшему сотруднику ФСБ, проживающему в Лондоне, которые ранее написали книгу о взрывах 1999 года .

16. Гочияев утверждает, что от имени его компании были арендо-ваны четыре подвала в Москве, однако арендовал их не он сам, а его партнер, который, как он считает, был связан с ФСБ. Имени этого пар-тнера он не сообщил. Гочияев заявляет, что ничего не знал о взрывных устройствах. Он сказал, что после второго взрыва, когда понял, что его подставили, он бежал.

17. Гочияев также заявил, что именно он предупредил власти о двух других бомбах, которые были обнаружены в Москве спустя несколько часов после второго взрыва. Власти так и не смогли объяснить, отку-да им стало известно о точном местонахождении этих двух взрывных устройств.

referatqgb.nugaspb.ru referatrek.nugaspb.ru cut.refepic.ru referatwto.nugaspb.ru Главная Страница