И психосемантическими характеристиками наркозависимых

Мы предположили, что понимание и толкование эмоционально значимых качеств личности коррелируете клиническими психологическими и психопатологическими осо-



Нейропсихологические и патопсихологические аспекты аддиктологии


бенностями. Поэтому для изучения индивидуально-психологических характеристик ис­пытуемых был необходим «многосторонний портрет» человека, включающий такие структурные компоненты личности, как: самооценка, стиль межличностного поведе­ния, черты характера, ведущие потребности, возможный тип дезадаптации, наличие пси­хических отклонений, фон настроения. В качестве адекватных методов исследования лич­ностных особенностей наркозависимых использовались СМОЛ, тест Люшера, метод портретных выборов Сонди.

Для диагностики эмоциональной сферы, выявления функционального состояния испытуемого и устойчивых черт его личности в качестве инструмента исследования использовался восьмицветовой тест Люшера.

Испытуемые в контрольной группе, в отличие от больных наркоманией, выбирали красный цвет на первые два места (различия между выборками в основном касаются первых двух мест). Красный цвет в позиции явного предпочтения свидетельствовал об активной направленности на познание жизни и деятельности, о силе волевых усилий, энергичности. Обратная картина наблюдалась при распределении черного цвета: боль­ные наркоманией ставили черный цвет в позицию «++». Это свидетельствовало о весьма негативном состоянии, ощущении враждебности окружающих, желании отгородиться от среды, негативизме, агрессивно-деструктивной импульсивности.

В группе больных наркоманией и контрольной группе различие между выборками заключается в том, что у больных наркоманией красный цвет находился в отвергаемой позиции, респонденты же контрольной группы ставили красный цвет на первые три места. В группе больных наркоманией предпочтение отдавался черному цвету (в этой группе он стоял на первом месте), а в контрольной группе черный цвет находился в позиции антипатии.

Далее, чтобы получить усредненный выбор распределения цветов в каждой группе, мы перевели ранговую шкалу в шкалу интервалов. При этом мы пользовались следую­щим допущением: различия между соседними рангами равны единице. Таким образом, частоту выбора цвета, находящегося на первом месте, мы умножали на 8, находящегося на втором месте — на 7, находящегося на третьем месте — на 6 и т. д. Затем полученные значения мы сложили. В результате были получены суммы, отражающие усредненное распределение частот. Перевод из ранговой шкалы в интервальную имел достаточно условный характер.

Характеристиками контрольной группы стали: оптимнеточность, эмоциональная устойчивость, легкое вживание в разные социальные роли, потребность нравиться окру­жающим, зависимость от средовых воздействий, поиски признания и стремления сопри­частности в межличностном взаимодействии. Склонность к плодотворному сотрудниче­ству без притязаний на лидирующую позицию. Умение сглаживать конфликты, сдержи­вать собственные непосредственные реакции. Хороший самоконтроль при достаточной активности, потребность распоряжаться своей судьбой. В то время, как у больных нарко­манией на первой и второй позициях присутствовал один из основных цветов. Однако в целом состояние характеризовалось напряженностью, типичным было ощущение враж­дебности окружающих, уязвимое самолюбие, выраженный контроль в сфере чувственно­сти приводил к изоляции. Отмечалась потребность в необычных приключениях, волную­щих событиях. Помимо этого как характерные отмечены эгоцентризм и стремление к независимости, с одной стороны, а с другой — зависимость от окружения, стремление добиться признания, восхищения и связанное с этим понимание необходимости контроли­ровать себя и свои эмоциональные проявления. Индивидуальные варианты этой общей характеристики, как показывали результаты исследования, различны.


Патопсихология и психосемантика аддиктивного поведения



Для выполнения поставленных задач в эксперименте использовался СМОЛ (адапти­рованный и модифицированный вариант Миннессотского многопрофильного опрос­ника личности (MMPI), т. к. он позволяет обнаружить «личностные особенности и про­блемы человека» (Собчик, 2000).

Контрольная группа испытуемых отличалась низкими показателями (35Т), что ука­зывало на эгоцентризм, неконформность установок, грубоватую и жесткую манеру поведения, циничный взгляд на жизненные явления. Но, несмотря на идентичные харак­терологические черты женщин и мужчин контрольной группы, в результате анализа профиля были обнаружены различия среди испытуемых женщин и мужчин: мужчины продемонстрировали меньший уровень напряженности, большую степень психологи­ческого комфорта, тенденцию к отрицанию психологической конфликтности. Они также проявляли большую искренность. Результаты корреляционного анализа показали, что у здоровых лиц женского пола взаимосвязаны 4-я, 7-я, 8-я, 6-я, 2-я шкалы.

Анализ мужского профиля больных наркоманией позволил обнаружить преимуще­ственно астенический тип реагирования с чертами шизоидности. Он характеризовался следующими чертами: растерянностью, страхами, явлениями дереализации, расстрой­ствами сознания, замкнутостью, своеобразием суждений, непредсказуемостью и воз­можной непонятностью высказываний, изобретательностью, сниженным уровнем по­буждений. Изучение профиля показало снижение эмоционального аспекта, уровня по­буждений и общительности на фоне тревожных реакций. Показатели восьмой шкалы выявили у испытуемых данной группы нестандартность мышления и необычность пе­реживаний, недостаточную способность к интуитивному пониманию причин поведе­ния окружающих. При этом проявлялась аффилиативная потребность (пик по второй шкале — 60Т), никогда полностью не удовлетворяемая из-за неспособности ее оценить и адекватно воспринять. По показателям 6-й шкалы в поведении испытуемых отмечены черты недостаточной гибкости, неспособность отказаться от своей точки зрения, изме­нить концепцию, сочетающиеся с недостаточной волевой саморегуляцией. Показатели 3-й шкалы указали на такое свойство, как недостаточная спонтанность в социальных контактах. Умеренно выраженная 8-я шкала отразила ощущение разобщенности с ми­ром и окружающими в мужской группе больных наркоманией. Значимо взаимосвязан­ными оказались все шкалы, исключение составила шкала достоверности.

Женщины, больные наркоманией, обнаружили смешанный тип реагирования с вы­раженными чертами шизоидности, снижением эмоционального фона, уровня побуж­дений и общительности. Умеренно повышенная 4-я шкала (70Т) и выраженная 8-я (75Т) выявили у испытуемых рассматриваемой группы черты нонконформизма, противопо­ставления своих субъективных установок, взглядов и суждений окружающим, жесткость и эгоцентричность мнений. Так как межличностные связи в данной группе испытуемых затруднены, нарушалась социальная адаптация, возрастали сложности усвоения соци­альной нормы, повышалась вероятность недоразумений. Проблемность повседневных контактов приводила к большему увеличению изоляции, усилению ощущения внутрен­ней напряженности. На фоне амбивалентности в отношениях с окружающими проявля­лись симбиотические тенденции. Недостаточность социальных контактов привела к бес­покойству по поводу принадлежности и значимости своей личности, что стало основой для аутического фантазирования и формирования аффективно насыщенных идей. Пока­затели 8-й шкалы обнаружили защитный механизм, проявлявшийся при трансформации тревоги: интеллектуальная переработка, уход в мир мечты и фантазии. Повышенная восьмая шкала в профиле женщин, больных наркоманией, отразила обособленно-созер­цательную личностную позицию, склонность к раздумьям, превалирующую над чув-


594 Нейропсихологические и патопсихологические аспекты аддиктологии

ствами и действенной активностью, отрыв от реальности и трудности адаптации к обыден­ным формам жизни. Женская часть группы больных наркоманией характеризовалась на­рушением адекватно-эмоционального реагирования, отсутствием естественной эмоцио­нальной окраски в поведении, утратой способности к интуитивному пониманию окружа­ющих. Пик профиля по 7-й шкале в рассматриваемой группе отразил высокую чувствительность к средовым воздействиям, повышенную чуткость к опасности, песси­мизм, безысходность и ощущение разобщенности с миром окружающих, тревожность.

В результате анализа профилей больных наркоманией были выделены следующие различия между испытуемыми женщинами и мужчинами: женщины проявляли более высокий уровень аутичности, эмоциональной напряженности и астенизации в сочета­нии с значительно большей импульсивностью и чертами несдержанности, ухудшавши­ми социальную адаптацию и ввергавшими пациенток в сомнительные контакты. Значи­мо взаимосвязанными в женской подгруппе оказались шкалы 7-я, 8-я, 1-я и шкала кор­рекции. Мужскую и женскую группу объединили следующие личностные свойства: смешанный тип реагирования с выраженными чертами шизоидности, снижением эмо­ционального фона, уровня побуждений и общительности, обособленно-созерцательная личностная позиция, аналитический склад мышления, склонность к раздумьям, прева­лирующая над чувствами и деятельной активностью.

Изучив профиль данной группы, можно предположить, что испытуемые больные наркоманией испытывали трудности адаптации к обыденным нормам жизни, возможна утрата ими способности к интуитивному пониманию окружающих и проигрыванию их ролей, отмечены также нарушение адекватного эмоционального реагирования, черты эксцентричности, отсутствие естественной эмоциональной окраски в поведении. За­трудненность повседневных контактов неизбежно приводила к еще большему увеличе­нию изоляции, к ощущению внутренней напряженности.

В связи с затруднением межличностных связей в данной группе испытуемых нару­шалась социальная адаптация, возрастали трудности усвоения социальной нормы, по­вышалась вероятность недоразумений, проявлялась неприспособленность к тем или иным условиям.

Больные наркоманией в большей степени, чем остальные, склонны к проявлениям стеничности, протестным реакциям, нонконформизму, импульсивности и суицидаль­ным проявлениям. У них ярче выражен комплекс «неудачника» и характерная картина химической зависимости (2^-я шкалы). Однако они демонстрировали существенно боль­шее миролюбие, способность изменить концепцию, гибкость поведения.

Для определения индивидуальных качеств испытуемых (характера, эмоциональной сферы, особенностей межличностного поведения) был использован тест восьми влече­ний Сонди. В основе теста— принцип связи выбора портретов и индивидуальных харак­теристик испытуемых. Назначение методики — выявление направленности испытуемо­го, возможность проанализировать глубинный характер влечений человека.

Согласно теории влечения Сонди, факторы влечений — это ведущие жизненные ра­дикалы. Каждый из восьми факторов влечений обусловил определенный набор характе­ристических черт, позволяющий понять типологическую принадлежность испытуемого: h — сексуальная недифференцированность; s — садизм; е — эпилептоидные тенденции; hy — истерические проявления; к—кататонные проявления; р — паранойяльные тенден­ции^— депрессивно-меланхолические черты; m — маниакальные проявления.

В результате качественного и количественного анализа было выявлено, что 21 % ис­пытуемых контрольной группы и 21,4% больных наркоманией обнаружили тенденции к самопожертвованию, персональной любви, подверженность внешнему влиянию, жела-


Патопсихология и психосемантика адликтивного поведения



ние нравиться (h+). Относительный спад деструктивных наклонностей, контроль над аг­рессивными проявлениями был обнаружен у испытуемых контрольной группы (11,4%). Сочетание h+SO, составляющих вектор социальных влечений, указало на выраженную потребность в глубокой привязанности. Спад агрессивных установок, вплоть до полной пассивности, наблюдался у некоторых больных наркоманией (7,1%). Эти испытуемые характерологически отличались сентиментальностью, высокой чувствительностью к средовым воздействиям, нерешительностью. Ведущим мотивом было избегание неус­пеха, стремление найти нишу и защиту в виде более сильной доброжелательной лично­сти. Оказалось, что стиль общения характеризовался у испытуемых этих групп кажущей­ся конформностью и зависимостью при бесконфликтной тяге к независимости, стремле­нии уйти в мир идеальных отношений.

По фактору S (суть этого фактора — в потребности к разрушению и саморазруше­нию, в садизме-мазохизме): 3,5% здоровых лиц и 10% больных наркоманией продемон­стрировали пассивно-мазохистические тенденции (S-), моральный мазохизм, проявляв­шийся в самоуничижении и самоотвержении. Реакцию (S-!; S) суицидальных тенден­ций показали 7% испытуемых больных наркоманией.

Эмоциональную экзальтированность, желание демонстрировать свою совестливость, порядочность, добродушие обнаружила значительная часть испытуемых (e+hy-).

По моральному фактору (hy) часть группы больных наркоманией обнаружила по­вышенную тревожность (е-пу-), другая — продемонстрировала прилив аффектов. 7% наркозависимых и 9% здоровых лиц показали среднюю позитивную реакцию (hy+), сви­детельствующую о склонности выставлять себя напоказ, о демонстративности, истерии, «мании величия», эксгибиционизме.

Сочетание факторов (к-р+) наблюдалось у больных наркоманией (10%) и здоровых лиц составило портрет социально адаптированной личности с развитым самоконтро­лем. Болезненная деформация влечений наблюдалась по вектору Sch у наркозависимых (10%), что отражалось в выраженной деструкции, утрате доверия к близким людям, нега­тивизме, вытеснении из сознания истинных влечений и параметре «склонности к алкого­лизму и наркомании».

К классу «латентных параноиков» (р-) были отнесены 7% здоровых лиц и 15% боль­ных наркоманией, стремящихся вырваться из «параноидного вихря» (по Сонди) с помо­щью защитных механизмов по типу истерических проявлений. К классу «грезящих на­яву» с отчуждением собственного «Я» были отнесены 10% больных наркоманией, соб­ственные действия которых временами могли казаться им чужими.

Отмечались ипохондрия, депрессивные переживания, фобические и навязчивые явления, демонстративные суицидальные попытки — характерные особенности испы­туемых, продемонстрировавших данную реакцию (к-!).

У 21,4% испытуемых больных наркоманией в амбиэквальных и разряженных реак­циях по фактору к преобладала положительная реакция при р-, выявляющая аутистиче-ски импульсивное, детски незрелое «Я» с эгоистическими, эгоцентрическими, нарцис-сическими склонностями. Инерция и перемены, прилипание и поиск, алчность и расто­чительство, консерватизм и свободомыслие, страсть к собирательству и щедрость — все эти антитезы, по мнению Сонди, отражены в факторе d. «Этот фактор то делает человека счастливым, то влекомым к смерти».

По фактору d= (именно этот фактор был выбран 9% больных наркоманией) обследован­ные характеризовались стремлением держаться за старое и былое, застреванием в бесцель­ном консерватизме. Реакция d - отразила личностные особенности: 1) инфантилизм в сфере межличностных контактов; 2) неспособность перестроиться на другой тип деятельности.



Нейропсихологические и патопсихологические аспекты аддиктологии


К классу «вечно покинутых» (т-) были отнесены 10,7% обследованных. По фактору m эти респонденты обнаружили признак несчастливой связи, несущей характер навяз­чивости, неустойчивости в поисках прочного контакта, отсутствия доверия. 25,7% нарко­зависимых и 15% испытуемых контрольной группы показали реакцию т+!, что позволи­ло отнести их к классу «судорожно-привязывающихся». «Для всех представителей этого класса характерно стремление к чему-либо привязаться. Сознание утраченного идеала делает их неспособными к обретению своего объекта, нет чувства меры в их гедониче­ских увлечениях, но при внешней яркости их жизни внутренне он опустошены»).

Представителями класса «непризнанных гениев» (р+) стали 8% больных наркомани­ей и 5% здоровых лиц, у них присутствовало ощущение собственной гениальности, жаж­да власти.

По вектору С значительная часть здоровых лиц (28%) и 15% больных наркоманией проявили себя как открытые, коммуникабельные люди, с удовольствием идущие на кон­такт. Характерными оказались: тенденция к сотрудничеству, активная сопричастность групповым интересам, потребность в самореализации, в выражении индивидуальнос­ти, что определяло самостоятельность, независимость; настойчивость в достижении цели и в то же время стремление потакать своим слабостям; поверхностность в контактах с окружающими. Личностная структура: неустойчивая мотивация, эмоциональная мо­бильность, экстравертированность, гибкость и общительность в контактах с окружаю­щими; художественное наглядно-образное восприятие, реакция на стресс — эмоцио­нально-яркая со склонностью к страхам; механизм защиты — психосоматический или по типу вытеснения.

На основе приведенного выше анализа был определен профиль склонностей, отра­жающий личностные особенности и болезненные симптомы при деформации влече­ний. У испытуемых контрольной группы были выделены следующие преобладающие тенденции: активность, предприимчивость (s+), склонность к самопожертвованию (h-s-), оптимистичность (d+), демонстративность и тщеславие (hy+), развитый самоконт­роль, социальная адаптированность, общительность, этическая проблема борьбы меж­ду добром и злом как базисная наклонность.

Больные наркоманией выявили следующие тенденции: обращенность в мир внут­ренних переживаний, отсутствие тенденции к установлению прочных контактов (d+mO), потребность в глубокой привязанности (инфантилизм в межличностной сфере), аффек­тивные колебания, неадекватна самооценка, «каиновы» тенденции (гнев, ярость, непри­язнь, сочетающиеся с демонстративностью).

Характерной особенностью испытуемых генеральной выборки стали трудности в сфере межличностных отношений. Большинство испытуемых и лишь 10% респондентов контрольной группы показали такие особенности поведения, как отчуждение, уедине­ние, избегание реальности, значительная неприступность, желание отойти от конвенцио­нального общества, тенденции отгораживаться от окружения. Большая часть опрошен­ных продемонстрировала нежелание впускать окружающих внутрь своего «Я», чувство несоответствия, неадекватности и нерешительности в социальных ситуациях. У наркоза­висимых было выражено стремление уйти в мир идеальных отношений, в мир фантазий. Большинству испытуемых была свойственна попытка замаскировать желание быть оди­ноким, сочетавшаяся с поверхностным дружелюбием. Все испытуемые показали повы­шенную озабоченность вопросами самоуважения и преувеличение собственной значи­мости.

Другой признак, выделенный нами по результатам теста Сонди и объединивший испытуемых, — это ярко выраженные защитные тенденции, охрана внутреннего мира,


Патопсихология и психосемантика аддиктивного поведения



осторожность, мнительность, скрытность поведения (в некоторых отдельных случаях наблюдалась болезненная деформация влечений — чувство деперсонализации, агрес­сивность; последняя, высвобождаясь из-под контроля сознания, проявлялась вспышка­ми разрушительной враждебности; интроверсия могла трансформироваться в аутич-ность, пассивность — в мазохизм, пессимистичность — в депрессию, сенситивность — в ипохондричность).

Тесно соединенной с выявленными защитными тенденциями поведения испытуе­мых оказалась такая характеристика, как тревога. Она была связана прежде всего со сферой межличностных отношений. Обращал на себя внимание факт присущей мно­гим испытуемым тревоги из-за контроля за своими эмоциями, поведением. Мы предпо­ложили, что она соотносится (по данным теста) как с потребностью большего контроля, так и с ощущением чрезмерной импульсивности собственных поступков.

Следует отметить такие характерные для испытуемых качества, как отсутствие уве­ренности в себе, в своих действиях или убеждениях, робость, чувство малоценности. Экспериментально была доказана типичность акцентуации психопатологических черт, трудности в социальной адаптации, тревожность, мнительность, склонность к преувели­чению опасностей и неприятностей, депрессивные переживания, враждебно-агрессив­ные тенденции, компульсивность.

refaoyh.ostref.ru referatxsx.nugaspb.ru referatspz.nugaspb.ru story.radioritual.ru Главная Страница